\

В конце концов, он как-то повалил меня на пол и на начал целовать лицо, шею, грудь, раздирая мое платье одной рукой, второй бесцеремонно, задирая подол. Я пыталась сопротивляться, хватая его за волосы, одежду. Приподнявшись над моим телом, задрал подол вверх, укутав с головой. Одной рукой захватил вверх мои руки за запястья, вторая зашарила под платьем, резко стягивая мои панталоны. Потом вставил колено и раздвинул им мои бедра. Под подолом платья я только мычала и мотала головой. Над собой слышала его свистящее дыхание. Резко вошел в меня и остановился. Я выгнулась от боли и поняла, что этот сволочной мир вернул мне еще и девственность.

— Гуд бай Америка! — промелькнуло в голове.

И я… захохотала. Мое тело уже забыло о боли, и меня-таки поразила истерика. Я не могла остановиться, и дракон резко откинул с лица в сторону мой подол, удивленно глядя на меня. От смеха у меня даже слезы потекли. Я вдруг почувствовала, что не могу остановиться. Дракон тоже понял, что это истерика и наотмашь ударил по лицу, потом по другой щеке, потом снова справа и слева. Теперь он стоял на коленях надо мной. Я затихла и приподняла голову, заглядывая на него и его сморщенное хозяйство, что лежало на моих порванных панталонах. Увидев эту картинку, вновь захохотала, откинув голову. Он еще немного постоял в этой позе, потом откинулся в сторону и, отвернувшись, встал и застегнул штаны. Потом отошел к столу, и я услышала, как он льет себе вино и пьет большими глотками. Полежав немного, я поняла, что поднимать меня он не соизволит, подобралась сама. Перевернулась на четвереньки и, встав на колени с трудом поднялась. Оправив платье и прическу, подошла к столу. Дракон сидел напротив с бокалом и смотрел на меня. Воротник его рубашки был расстегнут, а шейный платок лежал на столе. Видимо и ему было противно. Молча налила себе и выпила одним махом.

— Все? — зло уставилась на него.

Он смотрел на меня в упор и молчал.

— Думаю, что своей девственностью я расплатилась за свою свободу предпринимательства. Так? — наклонилась к его лицу.

Его зрачки вытянулись, и глаза тут же превратились в драконьи."

"— Слушай сюда, дракон, — зло чеканила фразы, глядя ему в лицо, — Я здесь не была, тут ничего не произошло и вообще мы не знакомы. Понятно?

Он молчал, только внимательно слушал.

— Надеюсь, я могу идти, ваше сиятельство, — сказала я с сарказмом.

Он кивнул.

— Прощайте! — и с силой поставила бокал на стол. Он наклонился и упал, и капли красного вина растеклись по белой скатерти. Потом одной рукой сорвала бутон розы и смяв его в руке, бросила перед ним на край стола. Схватив его белоснежную повязку, приподняла свой подол и вытерлась между ног.

— А это вам на память, — прошипела и сверху на лепестки цветка положила его платок, испачканный моей кровью.