Врачебная тайна. Шанс на счастье

– Хмельницкий, ты ассистируешь, – произносит с легким презрением, за которым она прячет свой страх. – Так вот и ассистируй! – подходит к столу, рявкает на медсестру, чтобы подала ей скальпель.

Рузановой подают требуемый инструмент.

Начинается операция.

Я внимательно слежу за каждым ее движением и не могу оставить некоторые действия без комментариев. Ругаю все, что только есть на свете, за то, что мне оперировать нельзя.

Ассистировать тоже нельзя, если честно. Но об этом всем я практически никому не говорил.

Входим в брюшную полость, видим объем повреждений и тут у меня с Рузановой начинается спор. Она, дурында, считает, что селезенку нужно ушивать.

Я категорически против! Не при таком объеме пораженной ткани. Кровопотеря слишком сильна и рисковать жизнью ребенка я не намерен.

– Ты ассистируешь! – Марьям хлестко ставит меня на место. – Эта операция – моя!

– Ребята, поторопитесь, – подгоняет Карпов. – Время зря не теряйте, – просит. – Мальчишка стабилен. Но это только пока.

Только вот Марьям словно бы и не слышит его предупреждения, она упрямо пытается настоять на своем.

Мне приходится подчиниться.

– Долго еще? – спрашивает Серега. По напряженному голосу понимаю, скоро наступит трындец.

– Сколько потребуется! – Рузанова срывается и на него.

Она лишь на один миг поднимает глаза на Карпова, переключает внимание, но этого более, чем достаточно, чтобы навредить ребенку.

– Твою мать! – шипит. – Зажимай! – орет на меня.

– Мы его теряем, – Карпов подливает масла в огонь.

Обстановка в операционной становится слишком напряженной.

Монотонный звук монитора раздается тогда, когда впереди у Марьям еще крайне много работы. Если она продолжит в этом духе, то мы не спасем малыша.

– Отошли от стола! – рявкает Карпов чуть ли не расталкивая нас.

– Да пошли вы! – кидает в сердцах Рузанова, срывает халат и выбегает из операционной. Оставляя нас самих разгребать.

– Чем помочь? – включаюсь в процесс."

"– Заканчивай операцию как можно быстрее! – рычит. Смотрит на монитор. – Завели. Пока стабилен.

– Александр Петрович? Что делаем? – на меня смотрят несколько пар глаз. – Как оперировать будете? Без ассистента?

– Лизонька, ты как? Выучилась на врача? – спрашиваю у самой старшей среди присутствующих медсестер.

– Д-да, – кивает нерешительно.

– На хирурга, надеюсь? – не отрываю от девушки серьезный взгляд.

– А как вы узнали? – ахает от удивления.

– Интуиция, – отвечаю немного расслабляясь. – Беги, мойся. Ассистировать будешь.

– Но я… – теряется. – Еще никогда…

– Времени нет, – отрезаю. – Спасти мальчугана хочешь?

Девушка без лишних слов передает свой участок работы другой медсестре, а сама со всех ног уносится мыться.

– Санек, тебя ж уволят за это, – Карпов качает головой.