Враги

Больше по дороге им никто не попался."

"Без герба во всю грудь Командора не узнавал почти никто. Натаниэль почувствовал себя очень странно, обнаружив, что их не видят. Не обращают внимания. Беженцы у ворот, которых пришлось отодвигать с дороги плечом - никто не торопился уступить путь, едва заметив. Стража в воротах, безразлично взявшая плату за вход - Натаниль, хоть убей, не помнил, чтобы в прошлый раз кто-то об этом заикнулся, а должны были. Трактирщик... впрочем, нет, этот узнал, судя по тому, что мелькнуло в остром, живом взгляде - но трактирщик слишком хорошо знал, что зарабатывает он не на том, чтобы вслух признавать постоянных постояльцев.

Просто молча выделил одну из лучших комнат, да служанки подбегали к столу узнать, не надо ли что, куда чаще, чем к большей части остальных постояльцев. Так странно было убедиться, что большинство людей видят лишь, символ, не замечая лиц. Спрячь герб - и вместо Командора явится девчонка, выглядящая грозно лишь для тех, кто способен видеть чуть больше застиранного плаща и смазливого личика, хоть и подпорченного шрамом. Такие находились, конечно - купцы на рынке, давно привыкшие к самым разным людям, кучка наемников в ""короне и льве"", которые начали било ворчать, что служанка задерживается, суетясь вокруг чужого стола, но глянули повнимательней - и зашептались, сблизив головы. И Натаниэль уже не удивился, когда один из них сел напротив, испросив взглядом разрешения, и поинтересовался, не нужна ли им работа.

Он не стал отказываться сразу, отделываясь общими словами - мол, смотря что да как, с прямо сейчас денег хватает, можно и повыбирать. Ходили вокруг да около долго - наниматель не торопился раскрывать карты, Натаниэль набивал себе цену.

Он бы, пожалуй, доиграл до конца, нанявшись и выведав все из первых рук, не вырасти он в этих краях и не будь с ним Элиссы. А так пришлось пойти на попятную, едва картина начала проясняться.

-- Не, - сказал он, наконец. - Банны потом помирятся, а кого крайними сделают?

-- Хочешь жить вечно? - ухмыльнулся тот. - Так непохож. И девчонка у тебя непохожа на тех, что будут смирно дома сидеть и детишек нянчить, пока внуки не пойдут. Банны когда замиряться начнут, можно лишний кусок отхватить. Думаешь, эти благородные всегда такими были? Тоже ведь однажды пришел кто посмелее, да кусок ухватил.

-- Вот уж в благородные я точно не рвусь, - усмехнулся Натаниэль. - Не серчай. Не сойдемся.

И правда - а чего ему рваться в благородные, если он и так им родился?

-- Ну, как знаешь. Если что, мы еще двое суток в Амарантайне. Передумаешь...

-- Это вряд ли. Но за честь - спасибо.

Наемник кивнул и убрался, Натаниэль обернулся к Элиссе.

-- Далеко все зашло, - еле слышно сказала она. - Как бы не опоздать...

-- Думаешь, не осилим?

-- Осилим. Но эрлинг в крови топить не хочется...