Враги

-- Так уж получается, что я теперь твой командир и отвечаю за твое здравие, как телесное, так и душевное.

-- Вот счастье-то привалило!

-- Не поверишь, я тоже безумно рада, - она выбралась из-за стола, оперлась плечом о стену, точно так же как недавно - он сам. -- Из всех диких историй, в которые я встревала эта, пожалуй, равных себе не имеет. У тебя есть причины меня ненавидеть, мне тебя любить, в общем, тоже не за что, но, как ни крути, нам теперь придется сражаться бок о бок. Перевести тебя куда-то я не могу - пока в Вейсхаупт письмо дойдет, пока там ответят... и я даже знаю, что там ответят - в Ферелдене сейчас всего четыре Стража.

- Она пожала плечами. - Впрочем, могу попытаться, для очистки совести.

-- Незачем. Я понял, о чем ты.

Она права, как ни противно это сознавать. Она права, а он ведет себя как балованное дитя - Натаниэля обожгло стыдом. В конце концов, он сам напросился в Стражи, и кто виноват, что он не подумал сразу, чем это обернется?

-- Я... -- извиняться тоже язык не поворачивался. В конце концов, ни слова неправды он не сказал.

-- Хорошо, будем считать, что договорились, -- Элисса отклеилась от стены, снова устроилась на стуле, на этот раз - лицом к Натаниэлю.

- Посвящение... меняет человека. Что тебе стоит знать уже сейчас: будут кошмары.

Натаниэля передернуло - пожалуй, слишком явно.

-- Это скверна в крови, к которой взывают Древние Боги, погребенные на глубинных тропах. Слышал, наверное - порождения тьмы идут на зов, копают и ищут, и когда находят...

-- Наступает Мор. - закончил он. -- Выходит, я теперь тоже... порождение тьмы?

-- Ты - человек. Покуда помнишь себя. Как и все Серые Стражи, что были до нас с тобой.

Натаниэля снова передернуло - теперь от этого ""нас"", но она снова права, и никуда теперь от этого не денешься.

Создатель, да как же это он сам себя загнал в этакий переплет?

Она продолжала рассказывать что кошмары пройдут - на годы, десятки лет, пока не вернутся предзнаменованием конца. О том, что какое-то время будет постоянно хотеться есть. О том, что через несколько месяцев ему будут не страшны болезни и ни одна рана не загноится...

-- Почему о самом главном молчат до Посвящения? - не выдержал он.

-- Много ли найдется добровольцев, готовых пойти на это с открытыми глазами? - она горько усмехнулась.

- Тебе я пыталась сказать... пока это не перестало иметь значения.

Она в самом деле пыталась, -- припомнил Натаниэль. - Он пропустил мимо ушей упоминание о скверне, которая не позволит дожить до старости, сочтя отговорками. Но если бы и не пропустил - согласился бы. Слишком хотелось жить.

-- Огрен знал, - продолжала Элисса. -- Андерс... у него был выбор - умереть в стычке с храмовниками или в Стражи.

-- Так это правда - про храмовников? И ты бы...

-- Я не сдаю своих людей, Натаниэль. Никому. Но раз уж теперь ты тоже ""мой""...