Враги

Словом, входя в зал, где должны была состояться церемония - на которой он обязан был присутствовать как один из Серых Стражей - Натаниэль просто жаждал увидеть, как Кусланд - демоны бы ее взяли - наконец, опозорится. Пусть не наступит на подол, растянувшись посреди зала, пусть просто выглядит пугалом - а в платье она будет выглядеть пугалом, слишком уж не шли шелка к ее манере двигаться и говорить. Он хотел на это посмотреть. И едва не хмыкнул вслух, когда в назначенный час Страж-Командор предстала перед собравшимися в доспехе. Отчищенном, насколько можно - но с намертво въевшимися пятнами.

Залатанном. С нашитым на грудь гербом -- грифоном - явно новее всего остального. Вокруг зашептались - вопиющее нарушение приличий не упустил никто. Элисса с невозмутимым лицом дождалась тишины и начала положенную церемонией речь. Слова текли размеренно и гладко, ничего забавного в ней не было, но спустя несколько фраз Натаниэль едва удержался, чтобы не рассмеяться на весь зал. Элисса приветствовала собравшихся не как эрлесса - своих личных вассалов. А как представитель Ордена -- союзников, присягающих на верность. Что, в общем-то, и было в реальности - ведь Амарантайн теперь принадлежал Стражам, а не лично Кусланд. И к вассалам вышел Страж-Командор Ордена. Воинского ордена. Платье? Заметив взгляд Андерса, Натаниэль заставил себя погасить улыбку. Развлечения не вышло, но почему-то он об этом совсем не жалел.

Больше в речи ничего интересного не было, подобного рода ритуальные славословия Натаниэль за свою жизнь слышал множество раз. Со скуки он начал разглядывать присутствующих - и похолодел, поняв, что знаком едва ли не с половиной.

Вон лорд Гай - Натаниэль помнил его совсем юным, пожалуй, младше, чем сейчас Элисса - только-только вступившим в права владения. Тогда он приехал присягать отцу. Сейчас он стал старше и жестче, сколько лет прошло - десять? Больше? Но все же Натаниэль его узнал. А вот лорд Эддельбрек совсем не изменился... в последний раз, когда на памяти Натаниэля он приезжал в Башню Бдения по какому-то делу, отец, судя по всему, наговорил кучу неприятных слов, потому что уезжал лорд молчаливым и сумрачным. Простился сухо и коротко, хотя Натаниэля всегда любил и часто, с видимым удовольствием разговаривал...

Почувствовав пристальный взгляд, лорд повернул голову - и видя, как расширились его глаза, Натаниэль похолодел. Не хватало еще, чтобы его узнали. Сын Рэндона Хоу открыто поддерживает убийцу отца. И ведь никто не будет выяснять, как обстоят дела на самом деле. Впрочем, Натаниэль сейчас и сам не мог сказать, как они обстоят.