Все было не так

Обещаю, когда мы всё решим, на Ясином пальчике появится обручальное кольцо.

— Я запомню твоё обещание, Гордей. На вот — протягивает мне листок, на котором её красивым почерком выведен номер телефона и фамилия, имя, отчество. — Всю телефонную книгу перерыла. Нашла. Генерал-лейтенант Пётр Станиславович Матвеев. Сейчас, конечно, в отставке. У него дочка и зять, оба не последние адвокаты где-то за рубежом. Интересы наших бизнесменов представляют. Я Петру уже позвонила. Он готов с тобой встретиться. Дети его как раз здесь сейчас, к отцу погостить приехали. Сам всё им объяснишь. Возможно, заинтересуются и помогут. Хотя бы советом.

— Спасибо вам, Нинель Эдуардовна.

Бабушка Яси грустно улыбается. Неожиданно берёт меня за руку, крепко сжимает. Такая поддержка от неё ощущается. Я теряюсь. Чертовски непривычно.

— Иди уже. И запомни, что просить помощи у семьи — это не слабость. Кому ты потом нужен будешь, если отец тебя под себя прогнёт и поломает?

— Спасибо, — ещё раз абсолютно искренне благодарю бабушку и, не заглядывая к девчонкам на кухню, ухожу из квартиры.

У меня в телефоне несколько пропущенных от отца и сообщение с тонной восклицательных знаков:

«Почему ты до сих пор не был у Ангелины?!!!»

Потому что прямо сейчас Кирилл, Кис-кис и Захар едут с Андреем в бар, чтобы напоить там последнего, загрузить его голову мусорной дезинформацией и посмотреть, куда он её понесёт и что вообще будет говорить в ответ.

А я через час встречаюсь с Демидом Добронравовым. Если мы с ним договоримся, я отвлеку отца громким разбирательством по поводу земли под детским домом, а сам займусь Соболевой и оформленной на меня компанией.

Может быть потом я всё равно сяду. Зато не один. Пару человек я за собой точно утяну. И мою Ясю больше никто не тронет. А Платон с Соней, да и Аня, Макс, Эля с Тёмычем не бросят мою маленькую семью без присмотра.

Приезжаю к открытому кафе недалеко от замороженного в очередной раз строительства будущего центра, или, как называет его сам Демид, Академии для трудных подростков, где сложные дети смогут жить, учиться и получать помощь специалистов.

Добронравов задумчиво потягивает кофе за одним из столиков. Подхожу, протягиваю руку. Мы знакомы лично, но не так чтобы близко. Пожимает мою ладонь. Предлагает присесть.

— Рассказывай, сын прокурора, что ты там придумал, — посмеивается он.

— Давай поможем друг другу. Смотри. У меня есть контакты крутого адвоката. Даже двух. Если мы их заинтересуем, а я уверен, что за такое дело они возьмутся, спасём и твою Академию, и мою семью.

— Уже интересно, — отодвинув чашку, Демид упирается локтями в стол, всем своим видом показывая, что готов слушать дальше.

— Это дело должно стать громким. Ты бодаешься со структурой молча. Это так не работает.