Всерьез (ЛП)

— А из-за чего тогда?

— Слушай, ну это ж работа.

На пару секунд захотелось взять его за плечи и встряхнуть. Упрямство Тоби, хоть и милое, временами обладало слишком уж разрушительным действием.

— Ты помощник повара в кафе, Тоби. Таких работ пруд пруди. — Его молчание и набычившееся тело красноречиво намекали, что этого говорить не стоило. — Я лишь имел в виду, что у тебя есть права, и ты в трауре из-за потери близкого человека и не должен вкалывать как проклятый."

"— Только сказал-то ты совсем другое, — пробормотал он. — Слушай, может, для тебя такая работа ничего не стоит, мистер Консультант, но это все, что у меня есть, и для меня она имеет значение.

— Если тебе нравится, тогда, конечно… — Нет, все равно не то.

— А теперь ты словно повторяешь за моей мамой.

«Ему же девятнадцать. Он запутался. И в горе. Терпение, Дэлзил, терпение».

— Тоби, я не знаю, чего ты от меня сейчас хочешь.

— Как насчет не поливать грязью мою жизнь?

— В каком месте мое предложение взять несколько отгулов, чтобы прийти в себя после потери деда, поливает ее грязью?

Он перекатился на дальний край кровати и свернулся в запятую. Запятую, которая не хотела, чтобы ее трогали.

— Ты глумливо предлагал, — тихо сказал он.

Я очень осторожно положил ладонь на гладкий изгиб его бедра, и он ее не скинул.

— Прости, Тоби.

— Никто не понимает. Все, с кем я познакомился в универе, слились, а школьные друзья, которые тоже поступили, думают, что это странно.

— Если это именно то, чего ты хочешь, то… — я легонько погладил кончиками пальцев его нежную кожу, — …шли их на хер.

— Ха. Тебе легко говорить. Зуб даю, никому не кажется, что ты пустил собственную жизнь псу под хвост.

Ну-у. Да. В профессиональном плане, по крайней мере, хотя мой карьерный путь сложился благодаря сложной смеси из упорства родителей, моего собственного темперамента и рано осознанной потребности в цели и стабильности. Я бы не назвал это выбором, но иное бы тоже не выбрал.

— Нельзя сравнивать свое с тем, чем занимаются другие. Только ты знаешь, что правильно именно для тебя.

— Я не хочу об этом говорить.

И снова пришлось напоминать себе, что срываться на людей в горе нехорошо.

— Но…

— Блин, Лори, ну серьезно. Какая часть «не хочу об этом говорить» тебе видится несущественной?

Я отступился. Нас никто не обязывал обсуждать это прямо сейчас. Я осторожно набросил на Тоби руку и свернулся, уткнувшись в его спину, отчего мы превратились в две запятые — или, может, кавычки — и постепенно он расслабился и приник ко мне.

Я уже практически погрузился в дрему, когда Тоби очень тихо произнес:

— Извини, что не могу с тобой поехать.

— Поедем в другой раз. — Я поцеловал холмики его плеч, где кожа была грубой и сладкой под моими губами.

— А куда бы сейчас отправились?

— Куда хотим. В Париж, может быть.