Всерьез (ЛП)

Не представляю, как у него получается — та же магия, из-за которой он такой огонь в постели, наверное, — но он выходит из меня осторожно и аккуратно. Я слышу шлепок снятого презерватива, после чего Лори падает на спину рядом со мной.

Какое-то время мы не двигаемся.

У меня засыхает смазка в странных местах. И сказать, что я лежу на мокром, значит серьезно приуменьшить бескрайний океан спермы, что он умудрился из меня вытрахать.

— Jouissance[7], — думаю я.

Нашел, блин, о чем вспомнить в такой момент. Потому что это название самой известной картины моей мамы. Которую я терпеть ненавижу, и о которой очень-очень не хочу сейчас думать. Беее.

— Все хорошо? — спрашивает Лори.

Как узнал? Я же до сих пор лежу лицом в матрас.

— Ага, — киваю я в простынь.

— Спасибо.

Он нежно убирает мне со лба пару намокших от пота прядей, я не могу унять дрожь. А потом, видимо, отключаюсь.

Я просыпаюсь чистым, укутанным и в кольце его рук. Не знаю, вздремнул ли он сам, но сейчас уже не спит. Он не таращится на меня, ничего такого противного, но глаза открыты. А на лице это замкнутое выражение ушедшего в себя человека, которое у него иногда бывает.

— Э, извини. Я, кажется, уснул.

— Ничего страшного. — Он улыбается и возвращается ко мне, какая-то его часть, по крайней мере.

Не знаю с чего — и это после того, как недавно лежал тут каком кверху — но мне становится несколько неловко. Просто, ну, кто еще для тебя такое сделает? Обнимет, пока ты спишь, или сперва оттрахает до беспамятства. Лори так чертовски внимателен ко мне, что я грустнею.

Очередной его секрет, похоже. Насколько он невероятно добрый за своим строгим ртом и холодными глазами. Со мной, по-моему, за всю жизнь никто не был так добр. И не делал столько, чтобы я смог почувствовать себя особенным.

И я внезапно понимаю, что у меня появились новые фантазии, помимо грязных извращенских. Хочу готовить ему еду. Заставить больше улыбаться. Сделать что-нибудь с этими темными кругами под глазами.

Хочу, вашу мать, заботиться о нем в ответ."

"«Господи ты боже мой. Ты вообще чем думаешь, Тоби? Сам-то еле-еле живешь с намеком на компетентность. Ну, и что, ну какую хрень ты после этого вообще можешь привнести в его жизнь?»

Я двигаюсь и… у меня все липкое и саднит. В самых разных местах.

— Мне, наверное, пора идти.

Он кивает, на этот раз без колебаний. Отодвигается, и — аргх — мне уже не хватает его рук.

Я думаю, как спросить, не хочет ли он встретиться еще. Я бы это обставил так ненавязчиво и невзначай. Только ничего у меня, естественно, не получится. Моя доминантная (пардон за каламбур) модель поведения — это, похоже, приставучий что пипец.

Но не такой уж я и приставучий, на самом деле, нет. Просто мне первый раз в жизни практически удалось получить что-то, чего так хотелось. Хотя Лори не вещь, конечно.