Вторая жизнь Элизабет

В определенный момент ее нахождение рядом могло спасти его жизнь. Конечно, вряд ли он знает точно, скорее все дело в инстинктах, которых достаются людям от предков.

Возможно, ей следовало огорчиться, а еще лучше – отдалиться от графа, ведь в ее чувства вмешивалось подсознательное желание выгоды. Да, она об этом не думает, но это не значит, что подобного нет. Осознавать это было неприятно, но Лиза понимала, что ничего поделать с этим нельзя.

В любом случае у нее был выбор. Она могла разорвать всякое общение с графом, и ему пришлось бы смириться. Всё-таки у нее имелось преимущество.

Изначальные маги по-прежнему вне закона, а вот чистым людям можно уже не опасаться преследования.

Конечно, Лиза не собиралась раскрывать Беорна, так как он ей нравился. И дело совсем не в магии. Она с детства знала, что без энергии внутри проживет гораздо меньше остальных людей. Это знание настолько сильно укоренилось в ней, что Лиза со временем начала считать это естественным и нормальным. Так что нет, Беорна она хотела видеть рядом с собой не потому, что он способен продлить ее жизнь.

Сев на кровати, Лиза откинула одеяло в сторону и поднялась.

Из-за магии их тянуло друг к другу или нет, она не знала, но была уверена, что без взаимной симпатии не обошлось. К тому же магия – часть их мира. В ней самой нет энергии, но кто знает, как устроено тело человека.

Отбросив эти мысли, Элизабет принялась собираться. Ей предстояло много работы. Вскоре должны были привезти закупленные ею материалы. Нужно будет все посчитать, распределить, перевезти к деревням.

Ближе к полудню к дому начали подъезжать обозы. Лиза, вооружившись списком, зорко все учитывала. Надо отдать продавцам должное – обмануть не пытались.

Вероятно, все дело в том, что покупала она в присутствии Власа, а тот хорошо был знаком с поставщиками."

"К вечеру все материалы были перевезены к деревням. Там уже начались работы. Пока она была в столице, деревенские жители принялись разбирать дома и освобождать территорию для будущих построек. Конечно, за пару дней они не могли убрать все, но тем не менее сделано было много.

Жить людям приходилось в построенных на скорую руку шалашах. Можно было, конечно, оставить пару домов и жить там всей толпой, но никому не хотелось оставлять строительство собственного дома напоследок, поэтому после голосования жители деревень решили, что поживут пока в шалашах, зато дома отстроят сразу всем.

Две деревни поделили между собой обязанности. Люди из ближнего села разбирали дома, сразу разрубая почти сгнившие бревна на дрова. А население дальнего поселка занималось вырубкой подходящих деревьев. Они же очищали стволы, ловко орудуя топорами.

Эти бревна должны были немного полежать для просушки, прежде чем из них можно будет строить.