Вторая жизнь Элизабет

Только сейчас Лиза поняла, насколько вся ее прошлая жизнь была пустой.

Мать не особо обращала на нее внимание. Их разговоры были настолько редки, что в них не находилось причин для ссор или споров.

Отчиму она и вовсе была как кость в горле. Раньше он казался ей строгим и серьезным, но после всего произошедшего она поняла, что за этим скрывалось простое безразличие. Он просто хотел от нее избавиться, поэтому даже не думал хоть как-то контактировать.

С Гвеннит они тоже не ссорились. Сестра была единственным человеком, проявлявшим к ней хоть какое-то внимание и тепло.

По крайней мере, раньше она считала, что это именно тепло. Поэтому Элизабет старалась гасить все разногласия, подсознательно опасаясь потерять из-за ссор единственного близкого человека.

Наверное, именно по этой причине Лиза так и не научилась правильно показывать свои эмоции. Она старательно давила их в себе, не желая раздувать конфликт. И выходило это у нее настолько хорошо, что даже она сама верила, будто совсем не злится на опрометчивое поведение Беорна.

Вздохнув, она подумала, что стоит все-таки продемонстрировать, что граф ей вовсе не безразличен, как могло показаться.

– Просто будь осторожен, – тихо произнесла она, поворачиваясь и направляясь в сторону двери.

Аэлмар, сам не понимая почему, едва не рассмеялся. Ему показалось, что внутри все вспенилось. И эта воздушная масса стремилась вырваться наружу. Подскочив к Элизабет, он подхватил ее на руки и закружил.

Лиза испуганно вцепилась в его плечи и зажмурилась. Впрочем, секунду спустя она распахнула глаза вновь и открыла рот, намереваясь хоть что-нибудь сказать.

Не вышло. Ее поцеловали.

Она сразу затихла.

В отличие от матери, Лиза никогда особо не любила любовную литературу, но ради интереса когда-то давно прочитала несколько книг.

Там поцелуи всегда описывались самыми возвышенными словами. Раньше Лизе казалось, что все это ерунда. Не может быть, чтобы люди «парили» или «сгорали» от простого прикосновения губ к губам. Став чуть старше, она немного пересмотрела свои более ранние выводы и решила, что, наверное, такое возможно, но верилось все-таки с трудом.

И вот сейчас Элизабет готова была подписаться под каждым словом в тех книгах. Даже не так! Авторы прочитанных ею историй явно не смогли подобрать на самом деле подходящих описаний.

Впрочем, она и сама сейчас вряд ли смогла бы внятно объяснить, что именно чувствует. Всего было просто много.

Такое проявление чувств было слишком открытым для нее, поэтому, когда Аэлмар опустил ее на землю, она отвернулась и сделала вид, что ничего не было.

Беорн не огорчился. Он уже начал немного понимать свою будущую – как он надеялся – жену, поэтому лишь задорно ухмыльнулся и легкой походкой направился к выходу.