За горизонт! [СИ]

— Март Вольфович, здравствуйте. Это Егор.

— Здравствуй, Егор. Я печать получил. Когда ты придёшь?

— У меня возникли срочные дела, поэтому я прийти не смогу. Вам позвонит нотариус, Нинель Теодоровна Бургасова. Она мой уполномоченный представитель и совершит за меня все необходимые юридические действия по оформлению квартиры. Нинель Теодоровна, когда вы сможете?

Она хлопает глазами:

— Мне будет нужна вся информация…

— Конечно, Март Вольфович Цеткин, по сути продавец. Он вам всю информацию предоставит.

— Ну… давайте в конце недели.

— В конце недели никак не получится, продавец уезжает. Нужно сегодня, практически немедленно.

— Сегодня никак не… — начинает она, но я выкладываю перед ней ещё одну купюру и она, сделав злое лицо соглашается. — Хорошо, у меня в двенадцать будет перерыв, пусть подойдёт.

— Март Вольфович, не сочтите за труд, подойдите, пожалуйста в контору в двенадцать часов. Запишите адрес.

Я диктую адрес и кладу трубку, после чего объясняю суть просьбы.

— Егор Андреевич, это возмутительно, вы что, думаете, что за свои деньги можете меня купить? Это что, Америка вам?

— Нинель Теодоровна, голубушка, я отношусь к вам с глубочайшим уважением, но и вы меня поймите.

Я не лгу, у меня сегодня действительно ужасные вещи произошли, и если бы вы не пошли мне на встречу, то и не знаю, чтобы делал. Вы моя спасительница. Кстати, простите, что сразу не сказал, выглядите вы просто восхитительно.

— Первый и последний раз. Вы меня понимаете? Что там у вас за проблема с квартирой?

— С квартирой? С квартирой, как раз, у меня проблем нет, там всё чётко и по закону.

Кооперативная квартира в Доме композиторов. Мой дальний родственник убывает на историческую родину, а я вот вселяюсь в его жильё. Просто надо всё сделать чётко и быстро. А кто, как не вы, или кто-то, кому вы решите поручить это дело, сможет помочь? Проблемы у меня другого характера.

Я выкладываю перед ней два паспорта. Санин и Сенин.

— Что это?

— Эти два человека… Это очень близкие мне люди… Они скончались…

Я смахиваю живую, искреннюю и непритворную слезу.

— Инфаркт… или всё, что посчитаете нужным.

Они оба ветераны Афганистана с ужасными ранениями…

— Что это значит? — глаза нотариуса лезут на лоб. — Это криминал?

— Нет, — говорю я и кладу перед ней пачку четвертных. — Никакого криминала. Просто ослабленное здоровье.

— Но что я могу сделать?

— Вы? — поднимаю я брови. — Купить дачу, машину или даже небольшую кооперативную квартиру. Это ведь только первый взнос, аванс. Наверняка, у вас есть знакомый доктор, который… Ну… который сможет помочь.