За горизонт! [СИ]

Возможно, ему надо перед сходкой одержать надо мной моральную победу, подмять и сломить волю, чтобы не было сюрпризов после низвержения Ферика и Цвета. Если у него получится их низвергнуть.

С одной стороны, казалось бы, какая разница, подумаешь, сменится партнёр, один уголовник поменяется на другого. Все они одним миром мазаны. Но, разница-то колоссальная. Очень большая разница… Или вот этот, одержимый идеей доминирования отморозок, или же мои одомашненные и ласковые и нежные звери.

Разумеется, эти ласковые и нежные в любой момент тоже могут клыки показать и даже сожрать, что, собственно и случилось буквально в прошлом году, в семье Берберовых.

Жуткая история, достойная сочувствия и напоминающая о том, что какими бы добрыми качествами ни наделяли мы животных, они остаются животными до конца. Против природы не попрёшь.

Я глубоко вздыхаю:

— Правда, стрелять будешь? Давай сначала с булыжниками твоими закончим, а потом об остальном поговорим.

— Ты мне указывать решил? — шипит он.

— Блин, да ты извлёк уже, честно говоря, — качаю я головой. — Ладно, говори, что хочешь. Я собственно и так знаю, чего тебе надо.

Подмять меня? Чтобы делал всё по-твоему? Но ты видимо понять не можешь, что я в твою иерархию никак не встраиваюсь. Я из другой системы, из другого энергетического потока.

Он слушает, играя желваками.

— Есть блатные, есть менты, есть чекисты и есть партия с её объединяющей силой. И подчиняться все могут только партии, а никак не блатным.

— Мы краснопёрым не подчиняемся! — презрительно бросает Лимончик.

— При всём уважении, это иллюзия. Нет, напрямую решений съезда вы не выполняете, но если будет директива на истребление со стороны ЦК, от вас мокрого места не останется.

Поэтому живи в своём мире и не пытайся стать генсеком.

— А ты из какого мира? — щурится Назар. — Из мусорского?

Я хмыкаю:

— Я-то? Я из зарождающегося мира финансов. Трансграничное существо, легко пересекающее и объединяющее все ветви силы. Со мной дружить надо. Кстати, пока не забыл, про мусорскую систему. У тебя есть бумажки на замминистра, я готов их выкупить.

— Чего⁈ — скалится дед Назар.

— Он пробил уже, вреда они ему не могут причинить, лёгкие неприятности только, — продолжаю я.

 — Так что ничего серьёзного ты себе за них не выбьешь. А так бабло поднимешь.

— Нет, — усмехается Лимончик и опускает-таки своего «Макарова». — Забудь. Проболтался, значит, Чурбанчик, чмошник… Ну, ладно… Не продаются они. А вот камешки продаются. Когда бабки будут?

— За тридцать тысяч? — уточняю я.

— Как узнал, что ты из мира финансов, — кривит урка губы в усмешке, — понял, что продешевил. Теперь хочу полтинник.

— Полтос? — вздёргиваю я брови и говорю с недоверчивой улыбкой.