Заботы Элли Рэйт

Ирвин с недоумением покосился на ножи и вилки, лежащие в плоской коробке и почти как раньше проворчал:

-- Вот тратишь деньги на всякое, а вдруг нам потом на пирожные не хватит?

Наверно это ворчание было самым приятным, что я услышала за сегодняшний день. Сейчас он вел себя и говорил так, как самый обыкновенный ребенок. Ребёнок, которого любят и балуют.

Глава 47

Тётушка Ханна, увидев мою покупку, расстроенно покачала головой:

-- Ой, девочка, что ж ты мне раньше-то не сказала! Вот и получились лишние траты! Есть ведь у меня всё: ещё с молодости лежит… Я им, почитай, и не пользовалась… – она вздохнула, оперлась на трость и добавила: – Пойдём-ка со мной.

В комнате госпожи Ханны, где недавно обновили обои и буквально две недели назад повесили новые гардины, царил лёгкий полумрак.

-- Шторы раздёрни, Элли, а то и не увидим ничего, – она грузно опустилась на стул и скомандовала: – Вон тот сундук, что возле кровати… Открывай, да с вещами поаккуратнее! Они ещё все пригодятся. Прямо так, стопочками на стол и клади. Во-о-от, молодец… Там на дне коробка большая, синей кожей обтянута... вот она нам и надобна. Доставай.

Я выложила перед ней(Ханной/хозяйкой комнаты) на стол коробку, поражаясь тому, какая она тяжелая. И тётушка(она) неуклюжими узловатыми пальцами принялась вставлять ключик в крошечный медный замочек, приговаривая:

-- Ох ты ж Господи! Раньше-то я бы быстренько... на-ка, милая, сама открывай!

Замочек щёлкнул и упал мне на ладонь, а тётушка Ханна откинула крышку. На пожелтевшем от времени белом шёлке в специальных гнездах лежали несколько потемневшие серебряные приборы: ножи с округлыми кончиками, вилки с четырьмя зубцами и вилки с тремя, ложки столовые, десертные и чайные, а также двузубые маленькие вилочки и щипцы. Всех вещей было по десять штук и только щипцы в единственном экземпляре. Я с недоумением взяла двузубую вилочку и спросила:

-- А это для чего, тётушка Ханна?

-- Это маслины брать или, например, ломтик лимона для рыбы. Вот видишь, можно было на мельхиор и не тратиться!

-- Знаете, тётушка Ханна, этакой красотой сразу пользоваться не стоит. Сперва научимся просто есть аккуратно, а уж потом, на праздник, можно будет и эти приборы достать, – я с интересом рассматривала ручку ножа, украшенную изящной цветочной гирляндой и каким-то гербом.

-- Это мне в наследство от тётушки досталось, – с мягкой улыбкой пояснила Ханна, нежно поглаживая край коробки. – Сама-то я не дворянка, а вот тётушка моя покойная в замужестве была баронессой Гейл. Детей они с мужем так и не нажили, да и богатств особых не было. А вот серебро свое столовое она мне отписала. Ну, я тогда в гувернантках служила, это еще до замужества было… Этакая роскошь мне и не по чину была.