Забыть нельзя вспомнить

— Ян! — наигранно возмутилась она, утопая в нахлынувшей нежности и чувстве невероятного облегчения.

Уж что-что — а разряжать обстановку он умел. Она больше не злилась: счастливо улыбалась, прильнув как кошечка.

— Какие планы на вечер?

— Никаких, — промурчала ему в рубашку, счастливая до безумия.

— Тогда я приглашаю тебя на свидание…

— Серьёзно? А куда?

— В мебельный магазин.

— Куда? — отпрянула, немало удивившись.

— Мне кажется, сейчас самое время приобрести кровать. Большую и, главное, крепкую, — подмигнул, после чего получил шутливый удар кулачком в бок. — Так ты мне поможешь? Признаться, я не особо разбираюсь в интерьере.

— Хорошо, давно пора привести твою берлогу в божеский вид, — она сняла со спинки стула сумочку и пошла на выход. — Тогда, раз всё равно будем в магазине, ещё нужен пушистый коврик в гостиную, обеденный стол, — обернулась, — и занавески!

Часть 113. Тимур

Тимур

«Ходит, готовит кофеёк. Делает вид, будто ничего не произошло. Сука».

— Будешь кофе? — спросила Яна и уставилась невинными голубыми глазами.

— Да, пожалуйста.

«Сука! Сука! Сука! Чёртова шлюха!».

Он был в ярости, взбешён, но сохранял завидное спокойствие. Ни один мускул не дрогнул на безмятежном лице, когда она поставила перед ним чашку дымящегося эспрессо. Как ни в чём не бывало села напротив, отпивая тёплый ромашковый чай.

Из выреза шёлкового халата выглядывало очертание маленькой упругой груди с провокационно торчащими сосками. Опустил взгляд ниже: гладкие ноги, и… крошечные синяки на бёдрах, оставленные пальцами другого мужчины. Мужчины, который трахает её за его спиной.

— Круассаны? — подвинула ближе плетёную корзину с выпечкой.

— Не откажусь, — взял булочку и сдавил так сильно, что тёплый шоколад закапал на идеально чистый стол.

Его примерная жена раздвигает ноги перед другим, позволяет шлёпать себя по заднице и насаживать штрафные. И вчера она тоже была с ним — Тимур видел это по лихорадочному блеску в глазах, пылающему румянцу на скулах.

Она частенько зависала, задумчиво глядя в окно и улыбаясь чему-то своему. Наверное, вспоминала, как этот ублюдок имел её аппетитную попку.

Когда он только узнал всю правду от Полины, то был готов немедленно сорваться домой, схватить эту неверную шлюху за волосы и бить головой о стену. Чтобы она молила о пощаде, захлёбываясь слезами. Гнев затмил разум и мешал мыслить здраво. Хотелось только одного — немедленной расправы. Но эта блондинка — жёнушка ублюдка, вовремя привела Тимура в чувства: буквально насильно заставила выпить и остаться, выдохнуть.

«Месть — блюдо холодное, Титов», — твердила она, подливая бренди.