Запрещенные слова. Том первый

— Обычно, прежде чем выпроводить человека из кабинета, спрашивают, не осталось ли у него больше вопросов, — не могу смолчать, хотя мысленно уже ругаю себя за переизбыток резких слов. — Банальная вежливость.

— Я не трачу время на банальности.

Это я как раз уже успела понять.

Хорошо, пусть будет ноль один в его пользу. Буду считать это разведкой боем, сделаю выводы и учту на будущее.

Разворачиваюсь, иду до двери, но голос Резника останавливает меня в ту минуту, когда я уже кладу ладонь на ручку.

— Может быть, у вас еще есть вопросы ко мне, Майя Валентиновна?

Я спиной чувствую выраженную на его губах иронию.

Мысленно обзываю козлом.

И выхожу, не сказав ни слова и даже не оглянувшись.

Глава третья

После встречи с генеральным, возвращаюсь в кабинет слегка на взводе. Но моя умница Амина уже обо всем позаботилась — на столе меня ждет чашка американо с долькой лимона, распечатанная копия нового договора для специалиста в отдел логистики и еще документы по мелочи. Ничего так быстро и эффективно не отвлекает меня от дурного разговора, как порция работы для мозгов и порция бодрящего кофеина. Не знаю, как это работает, но именно с лимоном он действует на меня особенно эффективно.

Так что Резник со своими замашками корпоративного Наполеона может идти по известному маршруту.

И слава богу, я почти сразу перестаю о нем думать, просто делая пометку в голове, что независимо от его хотелок и «оптимизаций», я буду биться за каждую «голову» в LuxDrive. Если надо — я и до собственников дойду, и с акционерами найду о чем пошептаться.

Не на ту напал, Потрошитель!

Через полчаса, когда разгребаю основную кучу бумаг и делаю финальные пометки для исправления, взгляд падает на распечатку явно не из нашего корпоративного почтового ящика. Это про подготовку рекламы для новой модели Elyon Motors — семейного электрокара. Подробно описан концепт на утверждение: мужчина и женщина лет тридцати пяти и двое их детей — мальчик семи-десяти лет, и девочка примерно лет пяти.

— Амина? — зову свою ассистентку, прекрасно зная, что обычно она не ошибается, когда приносит документы мне на рассмотрение.

Машу распечаткой, она секунду хмурится, а потом, спохватившись, объясняет:

— Я тут кое с кем поболтала, всех моделей уже утвердили, а девочки еще нет. А у тебя же племянница как раз подходящего возраста. — Пожимает плечами, даже не пытаясь делать вид, что вообще-то такие вещи не очень этичны.

С другой стороны — у меня правда есть племяшка Ксюша как раз четырех лет, и если она придет на кастинг наравне со всеми, то причем тут, собственно, я?

— Спасибо, Амина, — улыбаюсь и она тут же испаряется из кабинета.

Ксюша и семилетний Андрей — дети моей старшей сестры, Лилии.

С которой у нас, мягко говоря, не самые теплые отношения.