Запрещенные слова. Том первый

 — Это ты разрушила мою семью! Ты всегда была между мной и Сашей! Всегда! Он до сих пор смотрит на тебя, как на икону! Думаешь, я не вижу?! Он никогда меня не любил так, как тебя! Он меня, блядь, никогда не любил!

— Здесь нет зрителей, Юль, никому не нужен твой дешевый спектакль, — говорю я, и в моем голосе нет ни капли сочувствия. Только холодная, усталая констатация факта. — Твоя семья развалилась не из-за меня. А из-за твоих истерик и твоей вечной жажды быть в центре внимания. Ты сама все разрушила. И с Сашей ты поступила так же, как и со мной — ты его тоже просто поимела.

Она хочет что-то возразить, но я не даю ни шанса это сделать.

Подхожу к двери. Мне больше не о чем с ней говорить. Этот в принципе бессмысленная трата времени.

— А Дубровский красавчик, да?

Ее голос останавливает меня у самого порога. Я оборачиваюсь. На ее лице снова появляется та самая торжествующая, змеиная улыбка. Она нашла новый способ ударить.

— Говорят, очень-очень перспективный, — продолжает ядовито, понимая, что попала куда целилась. — Не то что некоторые сбитые летчики.

Юля смотрит на меня в упор. Ждет, что взорвусь? Обнажу еще большую брешь в своей защите?

— Молодой, горячий, свободный, — она проводит рукой по своему безупречному костюму, любуясь собой в отражении стеклянной стены. — Думаю, мы отлично сработаемся. Не только в офисе. Такие мужчины ценят инициативу и здоровую наглость. Как думаешь, Майечка? Может, мне стоит пригласить его на ужин после конференции? Отметить наш общий успех.

Я смотрю на нее. На эту жалкую, отчаявшуюся женщину, которая пытается самоутвердиться за мой счет, отнять у меня даже призрачную надежду на что-то хорошее. И мне становится почти жаль ее. Почти.

Я медленно подхожу к ней. Так близко, что между нами остается всего полшага.

Смотрю прямо в глаза.

И улыбаюсь. Не вежливо, не холодно.

А так, как улыбается хищник, загнавший свою жертву.

И ее лицо снова перекашивается от плохо сдерживаемой беспомощности. Как это так, почему я не бегу с поля боя, почему не пытаюсь сгладить, а вместо этого рушу ее тщательно подготовленный сценарий моего унижения…

— Знаешь, Юля, — говорю тихо, почти шепотом, чтобы каждое слово не просто до нее дошло, а впилось в ее сознание. — Ты права. Он действительно красавчик. И очень перспективный. И ты, конечно, можешь попытаться его соблазнить. Ты ведь у нас мастерица по этой части. Увести чужого мужчину для тебя — как выпить чашку кофе.

Она смотрит на меня и ее губы дрожат.

— Но я бы на твоем месте, — продолжаю сочащимся ядом голосом, — сейчас думала не о молодом, красивом и горячем. А о том, чем ты будешь расплачиваться с Резником за свое «возвращение» и «повышение».

Ее лицо медленно бледнеет.

И без того кривая улыбка сползает, как маска.