Лекарь Империи 2

Лучше я буду честно свою шаурму продавать и спать спокойно, чем потом всю жизнь от своей тени шарахаться.

Я с уважением посмотрел на него. Да, этот человек определенно заслуживал уважения.

— Это правильно, Ашот, — я кивнул. — Я тебя полностью поддерживаю. Только вот… еще и родня скоро приедет. Как же вы все тут поместитесь?

— А что делать, Илюха? — он развел руками. — Как им откажешь? Они же родные. Приедут всего на месяц, на заработки. Им тут хорошую шабашку предложили, на стройке. Они и сами бы рады квартиру снять, да только кто ж им на один месяц сдаст? Да еще и задешево? Нет у нас в городе таких вариантов.

И тут у меня в голове как будто что-то щелкнуло. Месяц… дешево…

— Ашот, — я посмотрел на него. — А насколько «дешево»?

— Ну, не знаю… — он пожал плечами. — В пределах сотки, наверное. Больше они не потянут. А за такие деньги сейчас даже комнату не снимешь."

"— А если… за восемьдесят? Только однушку, — аккуратно поинтересовался я.

Ашот удивленно посмотрел на меня.

— За восемьдесят? Однушку? На месяц? Да ты что, Илюха, смеешься? Таких цен в Муроме уже лет сто как нет!

— А вот и есть, — я подмигнул ему. — В общем, слушай сюда, Ашот-джан. У меня есть для тебя предложение, от которого ты не сможешь отказаться. Я как раз съезжаю со своей квартиры. А хозяин мой, гад такой, требует, чтобы я ему еще месяц оплатил, или залог не вернет. Так вот. Давай твоя родня на этот месяц в мою квартиру въедет. За те самые восемьдесят рублей. И им хорошо — жилье на месяц есть, и недорого. И мне хорошо — деньги свои верну. А хозяин… а с хозяином я сам разберусь.

Ашот сначала ошарашенно смотрел на меня, потом его лицо расплылось в счастливой улыбке.

— Илюха, да ты… ты серьезно⁈ — он даже подскочил со стула.

— Абсолютно, — я кивнул.

— Но… а хозяин твой не будет ругаться? — его радость тут же сменилась сомнением. — Это же, наверное, незаконно?

— А это уже мои проблемы, Ашот, — я ободряюще хлопнул его по плечу. — Я все улажу, не переживай. Так что можешь своим звонить, обрадовать. Пусть хоть завтра заезжают. Ключи я им оставлю.

Ашот бросился меня обнимать так, что у меня чуть ребра не треснули.

— Илюха, да ты… да ты не человек, ты золото! Сначала с женой меня выручил, теперь еще и с родней! Да я тебе… я тебе памятник при жизни поставлю! Из самой вкусной шаурмы!

Я с трудом высвободился из медвежьих объятий счастливого Ашота. Памятник из шаурмы — это, конечно, заманчиво, но сейчас нужно было дождаться скорую и убедиться, что с Мариам все будет в порядке.

И мы не успели даже допить свой чай, как из прихожей донесся громкий и на удивление знакомый женский голос:

— Ну где вы там, хозяева? Что у вас тут стряслось? На что жалуемся?

Я усмехнулся. Узнаю этот командный тон из тысячи. Вероника!

Я вышел в коридор.