Лекарь Империи 2

Я инстинктивно сгруппировался, готовый к любому развитию событий — от удара кулаком до попытки меня задушить.

Но Василий, подбежав ко мне, сделал то, чего я никак не ожидал. Он… обнял меня. Крепко, по-мужски, так, что у меня чуть ребра не треснули.

Я ошарашенно замер, не понимая, что происходит.

Тут же к нам подбежала и Марина. Она тоже обняла меня, уткнувшись лицом мне в плечо и беззвучно плача.

— Ну, вот это поворот! — Фырк на моем плече присвистнул от удивления. — Кажется, я что-то пропустил! Вместо мордобоя — обнимашки! Двуногий, ты точно какой-то колдун! Умеешь же ты людей к себе располагать!

Я осторожно отстранил от себя всхлипывающую Марину и с недоумением посмотрел на Василия.

— Василий, Марина, что… что происходит?

— Господин лекарь… Илья… ты… ты снова спас нашего сына! — Василий смотрел на меня с такой благодарностью, что мне даже стало немного неловко. — Мы… на тебя нагоняли напраслину! Думали, что ты ему навредить хочешь… А ты оказался прав! Во всем! Нам все рассказал мастер-целитель Преображенский! Вчера нашему Сеньке стало совсем плохо, он начал задыхаться, мы думали, все, конец… А Вениамин Петрович… он пошел по твоей методике! Дал ему те самые лекарства, которые подавляют иммунитет, и… и Сеньке сразу стало легче! Представляешь⁈ Сразу! Температура спала, он дышать начал нормально! Врачи говорят, что это просто чудо! Твое чудо, Илья!

Я удовлетворенно кивнул. Значит, Преображенский все-таки решился. И моя теория оказалась верной.

— Это не чудо, Василий, — я постарался, чтобы мой голос звучал как можно спокойнее. — Это просто медицина. И моя работа. Я рад, что смог помочь вашему сыну.

Марина, которая все это время стояла в сторонке и вытирала слезы, после моих слов как-то сжалась и, кажется, не решалась ко мне подойти.

— А главное, Илья, главное! — продолжал тем временем Василий, и его лицо сияло от счастья. — Нам теперь не нужны эти проклятые дорогостоящие эликсиры! Преображенский сказал, что после короткого курса этих… иммуносупрессоров… можно будет вернуться к стандартному, дешевому лечению! И оно будет работать! У нас… у нас теперь есть надежда! Надежда на то, что наш Сенька будет жить! И все это — благодаря тебе!

Я снова кивнул.

— Я очень рад за вас, Василий. Правда. А лучшее, что вы можете сейчас сделать в этой ситуации, — это пойти к следователю Мышкину и честно рассказать ему о том, кто именно подтолкнул вас к мысли написать на меня то заявление.

Марина, услышав мои слова, прижала ладонь ко рту и испуганно посмотрела на меня.

— Вы… вы все знаете? — прошептала она.

— Конечно, знаю, — я посмотрел на нее беззлобно, с пониманием. — Марина, я вас не виню. Я понимаю, что вы были вынуждены так поступить из-за Сеньки. На что только не пойдешь ради своего ребенка.