Лекарь Империи 2

Она потерлась о мои ноги, выражая то ли приветствие, то ли очередное требование немедленной кормежки.

— А, вот и ты, блудная дочь, — я усмехнулся, наклоняясь и поглаживая ее по шелковистой шерстке за ухом. — Где пропадала? Опять соседских котов строила?

Морковка только громко муркнула в ответ, как бы говоря: «Не твоего ума дело, двуногий, мои кошачьи тайны тебя не касаются, лучше дай поесть». Уже за животных, как Фырк говорю… Дожили!

Я потрепал ее еще раз, сделал пару глотков воды из бутылки, стоявшей на полу, и снова взялся за скакалку. Морковка, убедившись, что немедленной добавки не предвидится, с важным видом уселась на мой старый диван и принялась вылизывать свою безупречную рыжую шубку, искоса наблюдая за моими упражнениями.

Мысли продолжали свой неумолимый бег.

Да, Шаповалов… Игорь Степанович вчера был в ударе. Орал так, что, наверное, в соседнем корпусе стекла дрожали. Сначала отправил меня на два дня в отгул за свой счет — «чтобы было время подумать над своим поведением и несовершенством этого мира».

А потом, через пару часов, догнал меня еще и телефонным звонком и добавил «приятных новостей». Оказывается, я отстранен от операций до особого распоряжения.

То есть, все его обещания о том, что я буду ему ассистировать на всех сложных случаях, благополучно отменяются. Видимо, до тех пор, пока я не исправлюсь и не научусь работать по правилам.

Плюс к этому, мне светит десять ночных дежурств подряд по отделению. В качестве младшего медицинского работника. То есть, буду утки выносить да полы мыть, не иначе.

И это все — в наказание за спасение жизни пациентки Захаровой. А вишенкой на этом праздничном торте стал анонс того, что после этих десяти незабываемых ночей меня ждет еще и целый месяц работы в первичке.

То есть, на приеме первичных больных в поликлинике при больнице.

Я только слышал об этом «чудесном» месте от других адептов, но все в один голос утверждали, что там царит такой ад, похлеще чем на скорой.

Бесконечные очереди чихающих, кашляющих, стонущих пациентов, горы бумажной работы, вечно недовольное начальство…

Бр-р-р. Перспектива, прямо скажем, не из радужных.

Хотя, если так подумать, в целом я еще легко отделался. За одну спасенную жизнь — всего лишь два отгула, десять ночных дежурств и месяц каторги в первичке.

Могли бы и из Гильдии погнать поганой метлой, да еще и штраф какой-нибудь немыслимый впаять. Так что, можно сказать, повезло. Шаповалов, хоть и орал как резаный, но, видимо, все-таки не совсем уж конченый бюрократ. Или просто решил, что такой кадр, как я, ему еще может пригодиться.

Хорошо, хоть Фырк вернулся. Только вот ненадолго. Вернулся и сразу исчез, едва я вышел за пределы хирургического отделения.