Жених с браком. Наследник

Это обеспечит плодотворное сотрудничество и скорейшее достижение цели, — невозмутимо объяснил Углицкий, как будто речь шла о каком-то деловом контракте.

— Почему я? — сипло спросила, уставившись в глянцевую поверхность журнального столика.

— Почему нет? Ты красивая, видная девушка и вполне подходишь на роль моей жены. С отчимом твоим легко договориться, и он не задает лишних вопросов, — сделал многозначительную паузу и подытожил. — Меня все устраивает. А времени в обрез, поэтому не хочу тратить его на поиски другой кандидатуры. После свадьбы около шести месяцев уйдет на вступление в права наследования и оформление всех необходимых документов.

Еще столько же нужно будет прожить вместе, чтобы не вызывать лишних подозрений. Через год мы разведемся. Конечно же, ты получишь вознаграждение, размер которого оговорим заранее…

— Нет! — протестовала я и чувствовала себя болванчиком, зря мотыляющим головой. — Не буду я твоей женой! Я не давала своего согласия! И не дам!

— Обоснуй, — коротко бросил Углицкий и вальяжно закинул ногу на ногу, приготовившись слушать.

— Что? — удивленно прошипела я, не понимая, чего он добивается.

 — Да у меня масса причин, чтобы отказать тебе!

— Назови хоть одну, — настаивал мужчина, холодно и властно, продолжая гипнотизировать меня взглядом."

"Со смесью шока и испуга я смотрела на этого пугающего до дрожи в коленках наследника рода Дракулы. А что, может, он и есть Влад Цепеш собственной персоной? Святой водичкой бы окропить, да боюсь, против Владислава Углицкого ничто не сработает, даже осиновый кол в сердце. Хотя откуда оно у него…

— Я люблю другого! — на одном дыхании выпалила я, наконец, и… не получила ровным счетом никакой ответной реакции, мужчина даже бровью не повел!

— То, что ты наивно называешь любовью, это не более, чем буйство гормонов: дофамина, адреналина, серотонина, окситоцина и эндорфинов.

Они и обуславливают физическое влечение и привязанность. Сам же объект так называемой «любви» не столь важен, — цинично отчеканил Владислав, полностью обезоруживая меня и ввергая в шок: разве можно быть таким черствым?!

— Нет, ты не понял, я имею ввиду не того мужчину, с которым… — вспомнила вдруг о Вилене, решив, что Углицкий посчитал несерьезными наши отношения, поэтому и говорит так.

— …Не того шута, с которым вы сегодня разыграли мини-спектакль, — кивнул Владислав. — Я знаю, — добавил твердо, все больше удивляя меня.

— Да, не его, — покорно согласилась я. — У меня есть жених! И он уже сделал мне предложение. Так что по праву первенства… — пожала плечами я, но Углицкий не дал мне договорить.

— Мне этого знать не обязательно, — стальным тоном пресек мою речь. — Ясно.