Жених в гробу (СИ)

Кажется, шкатулка наконец насытилась, потому что я скорее почувствовала, чем увидела проблеск портала.

И непередаваемый скрежет, и лязг — звуки, которые сейчас мне казались слаще любой музыки. Звуки, издаваемые нюхачами.

— Именем короля — остановитесь, — проскрежетал он из нюхачей. — Незарегистрированный портал и насилие…

Я не слышала, что объяснял своим бездушным голосом нюхач дальше, потому что в этот момент Звояр наконец изловчился и надел мне на руку свой браслет.

Надо сказать, что я никогда не интересовалась, что будет, если принять сразу два браслета. Возможно, так никто раньше не делал, и я была первой. Надеюсь, и последней, потому что это было очень, очень больно.

Мне несколько раз казалось, что предел моих сил исчерпан и я наконец-то умру. Но боль становилась сильнее, а я не умирала и не умирала. Кажется, я звала маму. И папу. Сейчас я была бы рада видеть их обоих, потому что пытки инквизиторов во имя науки никогда не были такими ужасными.

А потом я наконец потеряла сознание. Или это сознание наконец потеряло меня.

Очнулась я… странно. Не знаю, как объяснить. Я словно лежала одновременно и на твердом, и на мягком. Так вообще могло быть?

Разбудил меня визгливый голос Барбары, перемежающий лязгающими голосами нюхачей.

— Ведьма она, точно ведьма! Ей надо голову отрубить, пока не поздно! — верещала Барбара. — Шляпу не видите что ли? Ослепли⁈

— Она морщится — значит, скоро очнется, — неожиданно издалека я услышала голос Софи, но сосредоточилась на Барбаре — это было важнее.

— Она — медиум, а не ведьма, — пролязгал нюхач. — Медиумов нельзя убивать.

Приятная новость!

Я сначала не поняла, с какой радости Барбара ведет себя так нагло, а потом догадалась. Она же ничего не знает!

Не знает, что мне удалось вернуть память призракам, не знает, что все их делишки со Звояром открылись! А убить меня всё равно хочет, петрушинка сушеная!

Я открыла глаза. Видимо, отголоски боли не отпускали, потому что в глазах у меня ужасным образом двоилось. Если смотреть одним левым глазом, я видела Софи, Викуэля, Клементину и Бриена, склонившихся надо мной в кабинете Звояра.

Если смотреть глазом правым, я видела три серебряных морды нюхачей, Остия и Барбару. А с двумя открытыми глазами смотреть было сложно — начинало тошнить.

— Что с вами произошло, медиум? — пролязгал самый крупный нюхач."

"Как я уже упоминала, я подумывала идти в нюхачи и полагала, что в таком случае меня точно никто не найдет. И тому были причины.

Дело в том, что нюхачи были силой и силой серьезной. Если бы кто-то из них решил предать короля. Если бы они подняли восстание, если бы… В общем, если было много.