Женить строптивого. Твоё неизбежное счастье

Слуги испарились, Филя, возмущенно зашипев, забралась на плечо Инель, а передо мной наконец-то материализовался серебряный поднос с чашечкой горячего напитка. Вот теперь можно начинать жить.

Я пристально взглянул на Инель. Она выдержала мой взгляд с непрошибаемым спокойствием. Словно это не она ночью терроризировала репортёра, а потом сладко стонала в моих объятиях… Стоп-стоп-стоп! Это потом! И так дракон, почувствовав её рядом, радостно заворочался. Нет! У нас серьёзный разговор!

— Инель, ты не хочешь мне ничего рассказать? — начал я издалека.

— Всё зависит от того, что ты хочешь услышать, — приподняла бровь моя супруга. — Признаюсь честно: сказки я рассказывать не умею. Но если ты конкретизируешь запрос, я постараюсь что-нибудь придумать.

— Не надо придумывать, — вздохнул я. — К нам кто-нибудь вчера приходил?

— Конечно, — Инель приподняла вторую бровь. — Астер, ты в порядке? Вчера приходила эта твоя… — она пощёлкала пальцами. — Не знаю её имени, она так и не удосужилась представиться.

— Это я прекрасно помню, — скрипнул зубами я. — Кто приходил в моё отсутствие?

— А-а-а, — отмахнулась она. — Я знала, что в столице жить опасно, но чтобы к тебе в спальню забирались репортёры… Знаешь, дорогой, нужно что-то делать с защитой дома, я так жить отказываюсь. Проходной двор какой-то, честное слово! Нет, если тебе нравится, ничего не имею против. Я просто тогда поставлю защиту на свои апартаменты.

— Извини, — я почувствовал, что у меня голова идёт кругом: какой-то мерзкий репортёришко залез к моей жене в спальню! К моей жене! Дракон во мне утробно зарычал, требуя лететь и разорвать, испепелить наглеца, покусившегося на мою женщину. — Я не ожидал, что о твоём приезде будет известно всем. Ты никому, случайно, не говорила о своих планах?

— Случайно не говорила, — хмыкнула Инель, и я сразу понял: врёт.

Но это неважно. Важно то, что тут. Был. Репортёр. Тварь. Убить!

Стоп-стоп-стоп! Я не имею права чинить самосуд, хотя и очень хочется.

— Просто расскажи, что произошло, — вздохнул я.

И она рассказала.

А мне оставалось только бессильно стискивать кулаки, слушая её рассказ о героизме Фили и о том, что моя драгоценная супруга — упс! — немного увлеклась, поджаривая невовремя залетевшую муху.