Жизнь под чужим солнцем

— Так чего ж вы у нас спрашиваете, если можете поинтересоваться у человека, который точно знает? — вступил Лева.

— А кто точно знает? — обернулась к нему Даша. — Администратор?

— Да нет, при чем здесь администратор… Муж ее бывший знает, он и занимался всем.

— Какой муж? — опешила Даша. — Алинин?

— Ну, Алинин, конечно, чей же еще? Бывший муж ее пришел после несчастного случая, показал документы, подтверждающие, что они были женаты, вызвался помочь. Хозяин отеля как-то вопрос решил, и мы так поняли, что он и вещи разбирал, и с родственником созванивался, с дядей, что ли.

— Так, а где он сейчас, тот бывший? — заторопилась Даша. — Еще не уехал?

Маша и Лева смотрели на нее как-то странно, и она вдруг ощутила, что сейчас услышит нечто, чего ей совершенно не хотелось бы услышать. Гиды переглянулись, и внезапно испугавшаяся Даша хотела сказать им, чтобы они замолчали, чтобы ничего не говорили, не объясняли… Но было поздно.

— Так вон же он стоит, около столовой, — показала Маша, — тот парень худой. Да вы его знаете прекрасно, вы же обедаете вместе. Ну, Максим!

Даша перевела на нее изумленный взгляд. Затем, не произнеся ни слова, развернулась и пошла к выходу, слышала за спиной обрывки фраз возобновившегося разговора: «как, это бывший…», «то ли пять, то ли три…», «все хлопоты… звонил».

Когда она подходила к столовой, охранник сунулся было к ней, чтобы что-то спросить, но, наткнувшись на ее взгляд, передумал. Максим стоял около дверей, окруженный большой компанией, и горячо обсуждал последнюю игру.

— Так ты ее муж, — сказала Даша, не повышая голоса, встав за его спиной.

Он замолчал и обернулся.

— Ты ее муж, — повторила Даша. — Мне следовало бы раньше догадаться.

Компания притихла и заинтересованно смотрела на них. Кто-то попытался пошутить, но быстро смолк: было непохоже, что перед ними разыгрывается обычная история отдыхающих — соблазнение невинной девушки женатым негодяем.

— Да вы что? Он же не женат, — вмешался было Володя.

Но Даша даже не взглянула на него. Она смотрела прямо на Максима.

— Это ты сделал, правда? — Она не спрашивала, а уточняла. — Это ты все сделал. Я только одного не понимаю — зачем же тебе я?

Она сделала несколько шагов назад, не отводя от него взгляда, повернулась спиной и пошла в сторону моря. Стоявшие рядом расступились перед ней. Даша шла на берег, а позади нее висело тяжелое, нехорошее молчание, плотное, как пыльные портьеры в номерах отеля.

Скорей, скорей, торопило ее что-то, иди быстрей, подальше от их взглядов и тишины за спиной. «Поедем к морю, посидишь на берегу, все пройдет», — говорила мама, когда в детстве она заходилась в удушающем приступе кашля, от которого под глазами сразу же пролегали синие полукружья.