Жизнь под чужим солнцем

— Нет, я так тебя пытаюсь защитить.

— Ты меня уже пытался защитить один раз, — вырвалось у Даши, но она тут же пожалела о своих словах.

Максим промолчал. Они посидели еще немного, и Даша почувствовала, что нужно что-то сказать или сделать.

— И от чего ты пытаешься меня защитить? — спросила она наконец.

— Да я не знаю! — Он поднялся. — Откровенно говоря, я считаю, что аниматор никакого отношения к смерти Алины не имеет и ты все напридумывала. Но если все-таки я не прав… Маловероятно, но тогда в отеле есть человек, который уже убил двоих и вполне может убить третьего. И мне вовсе не хочется, чтобы этим третьим была ты. Я все ясно объяснил?

— Вполне, — кивнула Даша и встала рядом с ним. — Давай мы с тобой сделаем так: ты возвращайся в холл, а я посижу еще немного здесь и подумаю над твоим предложением. Хорошо? А потом приду и скажу тебе. Я понимаю, что тебе мои слова кажутся идиотизмом, но мне так удобнее.

Она не стала говорить, что ее здравый смысл начинает отказывать, когда он сидит рядом с ней. В то же время Даша не могла не признать, что в предложении Максима есть резон. Но она не рассказывала ему ни про Аллу, ни про Сонечку, и он не знал, кого ей следует опасаться. А она знала. Поэтому чувствовала себя достаточно спокойно.

— Даш, ты что? — посмотрел он на нее сверху вниз. — Я тебе говорю, что опасаюсь возможного убийцы, а ты мне предлагаешь оставить тебя на ночном берегу на неопределенный срок, пока ты дозреешь до какого-нибудь решения!

Даша огляделась и показала ему:

— Вон, видишь, пара сидит в двадцати шагах от нас. Как ты думаешь, убийца будет убивать меня на глазах у свидетелей? Вокруг полно людей. Основная масса отправилась, понятно, на танцы, но скоро народ придет сюда, будь уверен. Так что на берегу я в безопасности, и ты можешь за меня совершенно не беспокоиться. Если парочка вздумает уйти, то я просто встану и пойду следом за ними. Но я не думаю, что мне понадобится так много времени, чтобы определиться, нужен ты мне в моем номере или нет.

— Хорошо, — согласился Максим. — Жду тебя в холле. Только учти: на размышления тебе не больше двадцати минут.

Он отошел на несколько шагов и обернулся:

— Да, и можешь не беспокоиться по поводу соблазнения. Я же джентльмен, хоть и не очень образованный.

Даша покраснела вся, так что даже пальцам стало горячо, и махнула ему рукой, но он уже поднимался к аллее. Ну что ж, теперь можно спокойно подумать. А двадцать минут и не понадобятся.

Но, сидя одна на берегу, Даша поняла, что ей здесь не нравится. Ей было как-то не по себе. Когда Максим находился рядом, все казалось абсолютно другим, и она обозвала себя трусихой. Но с каждой минутой ей становилось все тревожней.