Зима волка

 — Голос Торсона был таким же потрепанным, как его руки и лицо. — Но, если бы вы этого не сделали, она была бы здесь, в течке и в панике. У нее не было бы никаких связей ни с кем, чтобы удержать ее от одичания."

"Черт. Зеб застыл на месте. Даонаин, не имея близких, ради которых оборотень принимает человеческий облик, мог впасть в безумие, живя только в своей животной форме, неспособный трансформироваться обратно. Вывернутые изнутри, охотящиеся на себе подобных. Фералы породили большинство ужасных легенд, которые приводили людей в ужас.

Торсон кивнул.

— Ты делаешь все, что в твоих силах. Только Херне знает все тропы в лесу.

— Что же нам делать? — спросил Шей у Калума. — Мы собирались попросить ее остаться с нами, но я не могу быть ее спутником жизни.

— Шеймус, она уже привязана. Это не настоящая связь — не благословленная Матерью — но ты не можешь этого изменить.

Зеб склонил голову, гнев и горе бурлили в нем.

Он бы держался от нее подальше, если бы знал. Хотя, с другой стороны, как сказал Торсон, возможно, этот выбор был бы еще хуже.

Она жива.

Они с Шеем хотели, чтобы она была с ними. Даже если они не смогут стать ее спутниками жизни, она получит всю их любовь и заботу. Будет ли этого достаточно?

***

Огонь в дровяной печи в спальне радостно потрескивал, распространяя по комнате желанное тепло. Бри еще теснее прижалась к Зебу. Шей прижался к ее спине, его рука тяжело легла ей на бедра. Ее киска припухла, и то другое местечко, ее анус, болело. Она почувствовала, как ее лицо вспыхнуло. Это было потрясающе.

В конце концов, Собрания не так уж и плохи.

После того, как Шей и Зеб привезли ее домой, они снова занялись любовью, на этот раз так нежно, что она заплакала. Как она вообще сможет пережить их отъезд? Бри отогнала эту мысль. Живи сегодняшним днем.

— Брианна, — сказал Шей. — Давай немного поговорим. — Лежа на боку, Шей приподнялся на локте. Справа от нее Зеб откинулся назад и повторил его позу.

Поговорить? Обычно это означало неприятное откровение или очередной странный закон оборотней. Она перевернулась на спину и посмотрела на него.

Когда его глаза не загорелись смехом, страх пробежал холодной рукой по ее спине.

— Подожди.

Она схватила подушку с той стороны кровати, где лежал Зеб, положила ее на свою и немного поерзав, устроилась, пока ее голова не оказалась на одном уровне с их. — Ладно, рассказывайте.

— Я не знаю, как это сказать. — Морщинки возле рта Шея напряглись. — Брианна, ты знаешь, что я связан клятвой. Ты понимаешь, что я не могу быть спутником жизни?

Это было больно. Больно, когда она думала об этом; еще больнее, когда он это говорил.

— Калум сказал мне. — Чтобы он не терзал ее сердце дальше, она сделала это за него. — Я понимаю, что ты уйдешь, когда Херне призовет тебя.