Зимние ходоки (СИ)

Три оставшихся в живых гадёныша отпрянули прочь, разорвав дистанцию с изучаемым объектом, то есть моей капсулой. Но не успокоились: принялись реветь издалека, пытаясь переорать технику. Куда там! Даже их лужёным глоткам не удавалось заглушить звук «ревуна».

Трём нет… И у шести не получилось…

А вот четырнадцать «пушистиков» вместе выдали такой рёв, что мы внутри капсулы чуть не оглохли! И эта звуковая победа прибавила пушистым гадам смелости. Они медленно двинулись к капсуле, угрожающе покачивая головами.

Ничего хорошего я от этих комков меха не ожидал. И был прав!

Впрочем, сначала нам удалось завалить ещё одного медведя. Бронебойные пули не могли пробить густую шерсть, но одна из них ударила в щель носа — и, видимо, добралась до мозга. «Пушистик» рухнул, как подкошенный, а остальные, яростно взревев, ломанулись в бой."

"И в этом бою я понял очень многое… Например, что есть на этой планете существа, которым откровенно наплевать на все защитные системы капсул. Электрический ток, конечно, заставлял мишек вздрагивать и дёргаться… Но, в целом, возникало ощущение, что густой мех как-то отводит основной удар от тела.

Да и пули помогали слабо: только если попадали в уязвимые места. А вот когти «пушистиков» вскрывали стены не хуже, чем клешни богомолов… Капсула наполнилась скрежетом и треском.

Изнутри стрелять было бесполезно: на пузе мех у животных был особенно густой, а голову они берегли. И мы палили по лапам. Старались перебить перепонки между пальцами, попасть в незащищённые мехом ступни и суставы…

Каждый треск, каждый скрежет отзывались в моей душе болью. Моя капсула ещё была жива, но меню выдавало целый ворох тревожных сигналов. Многочисленные пробои корпуса, повреждения функций, низкий энергозапас, обломанные шипы…

Капсула пыталась регенерировать!.. Она заращивала пробоины в корпусе, но слишком медленно… А «пушистики» наседали, пытаясь добраться до нас, как до рыбы в консервной банке. И я уже чуял: недалёк тот момент, когда кого-то из нас зацепят. Но защитники капсулы тоже не жались по углам. И вскоре ещё один «пушистик», глупо подставившись, упал замертво.

Мы всё ещё отбивались, всё ещё стреляли, прижимаясь к внутренним стенам «бублика»… Стоило кому-то из врагов забыть об осторожности и попытаться заглянуть внутрь, как он тоже получал свою пулю.

Через несколько минут ещё один «пушистик» был убит. Но это была капля в море! Внешняя стена моей капсулы теперь напоминала решето. Я уже устал бояться. Я смирился. Теперь мне было важно, чтобы я сам остался жив. Ведь и моя репликационная капсула, и хранилище, заранее освобождённое от всего лишнего, уже превратились в лохмотья белого материала…

«Пушистики» громили остатки стены, пытаясь пробиться внутрь. Их лапы мелькали всё ближе и ближе.