Зимние ходоки (СИ)

— Вано, мне никуда нельзя больше отправляться. На ближайшие… Эдак месяцев восемь!

На этот раз я был догадливей и понятливей.

— А… Ага! Так я тебя поздравляю! — улыбнулся я. — Ну и тебя, Дунай. Ты вроде как тоже… При деле…

Здоровяк улыбнулся довольно, как мартовский кот. Но вслух отвечать ничего не стал.

— Пока рано, но… Ты сам всё понимаешь! — продолжила Кострома. — И Дуная я не отпущу по той же причине. Теперь он будет мне помогать. Особенно в тех делах группы, где придётся выезжать за пределы города.

— Понимаю, — кивнул я.

— Теперь смотри сам. Остаются Маша, Сочинец и Пилигрим. Сочинец не сможет покинуть Алтарное, ведь пока тебя не будет, все задачи свалятся на него и на меня. А Пилигриму придётся следить за факторией.

— Мне кажется… — неожиданно проговорила Маша, но быстро замялась, оказавшись под прицелом наших взглядов.

— Что? — уточнила Кострома.

— Мне кажется, Пилигрим не согласится! — качнула головой Маша. — Он уйдёт с Вано. Как бы то ни было, его мнение по этому вопросу ещё надо узнать.

— Вообще-то да, — неожиданно поддержал её Дунай. — Я бы тоже уточнил мнение Пилигрима.

— Ладно. Может быть, пойдёт Пилигрим, — кивнула Кострома. — Но тогда придётся придумать, кому поручить руководство факториями. У нас не так много проверенных руководителей. Так что, Маша, эта задача на тебе. Найди людей, которые смогут контролировать работу посёлков.

— Поищу, — кивнула девушка.

— В любом случае, Пилигрим — и больше никого! — Кострома посмотрела на меня. — Твоё влияние в городе слишком велико, чтобы кто-то из нас мог в одиночку тебя заменить. Я, Дунай, Сочинец, Лена… Все мы можем только постараться удержать группу на плаву. Кукушкин не доверяет нам так, как тебе. И, наверное, никогда не будет.

Удивительно! Но в словах Костромы был смысл, хотя я не особо задумывался над этим вопросом. Кукушкин поручал мне очень многое. И очень часто. В общем, мне оставалось только кивнуть.

— А какое третье возражение? — напомнил я. — Ты сказала, что их у тебя три.

— Третье возражение очень простое! — улыбнулась Кострома. — Это даже не возражение, а просьба. Не привлекай к экспедиции «старичков» из нашей группы!

— Почему? — озадаченно спросил я.

— Впереди война с японцами… — снова сдвинула брови Кострома. — Люди устали, им нужен отдых. Мне кажется, многие уже сейчас не понимают, ради чего мы все вертимся, как белки в колесе. Надо дать людям отдохнуть перед войной. Они должны почувствовать вкус к мирной жизни. Должны понять, ради чего мы все сейчас жилы рвём. Понимаешь?

— Я пойду с Вано! — с решительным лицом заметила Кэт.

— Не сомневалась! — с улыбкой кивнула Кострома.

— Но если кто-то ещё согласится, их-то можно взять? — уточнил я.

— Если сами согласятся, бери! — не стала спорить Кострома. — Только не приказывай, пожалуйста.