Золотая лилия

Все давно поняли — при мне на эти темы лучше не шутить. — Через несколько кварталов есть хороший тайский ресторан с едой на вынос, — продолжила я.

— Я помогу! — вызвался Адриан.

— Нет, я, — отрезала Соня. — В прошлый раз, когда ты ушел с поручением, ты отсутствовал два часа!

Адриан надулся, но спорить не стал.

— Все равно мы оба способны наблюдать за аурой. Поэтому начинай тест без меня.

Мы с Соней приняли пожелания от всей компании и ушли. Я не нуждалась в особой помощи, но тащить еду на пятерых, пусть даже пару кварталов, не очень-то удобно.

— Приятно немного размяться, — заметила Соня.

Вечерело, солнце было у горизонта, и жара спала. Морои любят такое время суток. Мы миновали улицу, застроенную симпатичными жилыми домами и небольшими офисами, и направились в сторону центра. Вокруг росли высокие пальмы, создавая интересный контраст с эклектичной городской застройкой. — Я целыми днями сижу в помещении.

Я улыбнулась Соне:

— А я думала, только у Адриана случается кабинетная лихорадка от экспериментов!

— Он громче всех жалуется, — откликнулась Соня. — Хотя выходит на свежий воздух чаще всех, с его занятиями и перекурами.

Я чуть не забыла про уроки, которые Адриан брал в местном художественном колледже. Он обычно выставлял свои произведения напоказ, но в последнее время гостиная пустовала. До нынешнего момента я и не осознавала, как соскучилась по его картинам. Может, благодаря алхимикам и мне самой у парня наступил сложный период, но иногда выражение его внутреннего мира в живописи меня зачаровывало.

Пока мы подходили к тайскому ресторанчику, Соня изложила мне краткое резюме своих свадебных планов. Ее роман с дампиром Михаилом Таннером можно назвать эпическим, во многих смыслах.

Во-первых, морои и дампиры серьезных отношений не завязывают. Обычно они крутят мимолетные романы, в результате которых на свет появляются новые дампиры. А Михаил вдобавок еще хотел изловить Соню, когда она была стригойкой, чтобы избавить девушку от извращенного состояния. Роза пыталась сделать то же самое с Дмитрием, считая, что лучше умереть, чем быть стригоем. Михаил потерпел неудачу, но их любовь оказалась достаточно крепкой, чтобы выстоять в испытаниях. Как только Соню удалось вернуть, они с Михаилом сразу же воссоединились. Я и представить себе не могла подобных чувств.

— Мы никак не выберем цветы, — пожаловалась Сони. — Гортензии или лилии? Но, кажется, догадываюсь, за что проголосуешь ты.

— На самом деле — за гортензии. Лилий и так повсюду полно.

Соня рассмеялась и вдруг присела у клумбы с гладиолусами.

— Куда больше, чем ты думаешь. Здесь «спят» луковицы лилий.

— Сейчас не сезон, — заметила я.

— Такого понятия не существует. — Соня исподтишка оглянулась и коснулась пальцами клумбы.