22 июня. Черный день календаря

Вечером, после ужина, курсантов строем отвели на лекцию о международном положении. Читал лекцию полковой комиссар из Политуправления ЛВО. Помню его слова: „Я не знаю, начнется война завтра или через две недели, но не должно быть никаких сомнений в том, что война с гитлеровской Германией неизбежна“…»

Командир эскадренного миноносца «Сообразительный» С. С. Ворков:

«День 21 июня 1941 г. выдался погожим. В голубом небе — стайки облаков. От зноя скрутились тонкие листья акаций.

Севастополь — главная база Черноморского флота — в этот день жил обычной жизнью большого приморского города. Но спокойствие было внешним. За ним скрывались проводимые на флоте мероприятия, связанные с повышением боевой готовности.

Мне казалось, что день прошел незаметно и сразу наступил вечер. Я поспешил на корабль.

Ночь обещала быть тихой, только вот закат был какой-то необычный. Большой каравай солнца медленно опускался в море, окрашивая его в темно-пурпурный цвет.

Надстройки, мачты и палуба корабля светились в догорающей заре. Я смотрел на море, тонущее солнце, и становилось почему-то тревожно…

Пахло сыростью — прошел небольшой дождь.

Транспортно-заряжающая машина 192-го батальона штурмовых орудий у железнодорожного моста через Буг.

В маленькой Корабельной бухте, расположенной почти против Минной стенки, отражались электрические огни кораблей. Несколько левее, на Павловском мысе, зеленым огоньком светилась крошечная мигалка. Черные тени кораблей терялись в глубине Южной бухты.

Послышался бой полуночных склянок — четыре двойных удара… Я поднялся на стенку причала. Вокруг было пусто. Мои шаги гулко раздавались в ночи. Шелестели листья деревьев. С моря усиливался ветер. Небо заволакивало тучами…

Освеженный ночной прохладой, я возвратился на корабль. В каюте за письменным столом раскрыл книгу и попытался читать, но не читалось. Я лег спать».

Руссиянов И. Н., командир 100-й стрелковой дивизии, вспоминает:

«В субботу 21 июня день выдался хлопотливым. Но хлопоты были приятными. Мы готовились к торжественному открытию построенного своими руками стадиона. Вечером в последний раз мы с командирами и политработниками осмотрели новый стадион. Все остались очень довольны, настроение было праздничное, приподнятое.

— Ну что ж, товарищи, — сказал я, — завтра нам предстоит радостный, но напряженный день. Приказываю всем хорошенько выспаться, чтобы физически быть в форме не хуже братьев Знаменских. Спокойной ночи!

Пошутив, все разошлись по домам.

Советский пограничный столб. Через несколько минут он будет сломан немецкими солдатами.

Домой — а я жил в деревянном домике рядом со штабом — вернулся только к полуночи. Семья — жена, сын и две дочки — уже давно досматривала третий сон.