Адвокат Зверя

— Ух, сейчас быстро спаримся перед ужином и к тебе меньше лезть будут, мой запах почуют, — низким, с хриплыми нотками голосом, сообщил мне Итан.

Вот прямолинейный дурааак. Но как же заводит его взгляд и тяжелое дыхание.

Он наклонился и лизнул. Медленно. Снизу вверх, задерживаясь языком на вершинке и проглаживая ее по кругу. Опять снизу вверх. Обстоятельно и со вкусом. Через пару минут меня стало потряхивать.

Я цеплялась пальцами ему за волосы, то тянула, то дергала и безотчетно скулила. Это была пытка удовольствием. Размеренная и сосредоточенная.

— Котенок, мой котенок, — выдохнул он, поднимаясь и светло улыбаясь.

В меня начала входить горячая, твердая и фантастически приятная часть его тела. Короткими наступательными толчками, раздвигая и вознося. Итан схватил мою голову в ладони и, двигая бедрами, шептал лицом к лицу:

— Хорошо, как же хорошо. Еще, еще прими. Дааа, вот так."

"Он был крупным, намного крупнее Криса. Я не знала, что возможно такое заполнение, сумасшедшее и почти болезненное. Меня раздвигало и растаскивало, будто Итан весь заходил в меня.

— Я почти, Мари, я почти. Еще немногооо.

Кошка завизжала в экстазе, когда он зашел весь. Внизу возбужденно тянуло, ноги дрожали. По вискам парня текли капли пота, он явно сдерживался из последних сил. Наконец, он замер, рассматривая мое опустошенное, залитое наслаждением лицо, и довольно промурчал:

— Так и знал, что ты мне идеально подходишь. Теперь пойдет хорошо.

И оно пошло. Тумбочка тряслась, стуча о стену. Но нам было все равно.

Я таращила глаза, безвольно открывая и закрывая рот в жалких стонах, а он входил и выходил, врезался в меня всем телом, застывал, хрипло постанывая и опять двигался.

Он отстранился, дергая за завязки блузы, распахивая ворот.

— Дааа, красиво каак, — и снова задвигался, поглядывая на оголенную подрагивающую грудь, держа руками мою затуманенную голову, вылизывая ловящий воздух рот, и отчаянно, остервенело двигая бедрами.

По телу раскатывались волны удовольствия. С каждым толчком он вбрасывал и вбрасывал волны наслаждения в мое потерявшееся от дрожи тело.

— Котенок, единственная моя, — захрипел он, когда я застонала, подергиваясь в затопившем блаженстве, — возьми, возьми, возьмиии…

Было странно, но было хорошо.

Меня целовали и баюкали в больших руках. Отнесли в ванну и деловито подмыли. «Не сильно глубоко, пусть запах останется, и котята заведутся, ты же не против?»

Лежа на кровати, я успокаивала все еще колотящееся сердце и наблюдала, как застегиваясь, Итан превращается в знакомого мне спокойного и собранного капитана.

Внизу ныло, мне нравилось как искоса он кидает жадные взгляды на мои обнаженные бедра. Одеваться совсем не хотелось. Дверь резко дернули. От неприличной ситуации спасла только задвижка.