Академия любви и ненависти

Волосы, конечно, не любят сушку магией, но мне безумно хотелось спать, так что наскоро высушила, заплела светлые пряди в две толстые объёмные косы и с огромным наслаждением спряталась от всего мира под одеялом. Всё остальное — завтра. Меня ни для кого нет.

Роберт

Я появлением Корделии в академии каждый мой день — сущий кошмар. Вместо того, чтобы выполнять порученное задание, я вынужден присматривать за своевольной девицей, ещё и предугадывать все её действия и стирать последствия допущенных промахов.

Что за шутка природы — породить красивое и хрупкое создание, словно созданное для заботы и любви, и наделить его безумной непоседливостью и крутым нравом? Верно говорят про обманчивость внешности.

Это её история. Северная принцесса, красивая, одарённая и совершенно невероятная. Во всех смыслах этого слова.

Однако с появлением Кори я ожил. Мир обрёл краски, еда стала доставлять удовольствие, в крови забурлил адреналин. И не признать её влияние невозможно.

А ночи!

Да, не имел права.

Да, обещал Дэйнору и пальцем не тронуть.

Да, знал, что мы никогда не сможем быть вместе.

Но держать маленькую плутовку в объятиях — особенное удовольствие.

И жизнь сама дала мне шанс. И прекрасные оправдания нарушению всех обещаний, ведь в чёрной башне небезопасно. А милой нежной фее с прекрасными голубыми глазами — тем более. Должен кто-то о ней заботиться!

И тем не менее, вру. Себе вру.

Корделия не для меня, знаю ведь. Знаю, как никто другой.

И она знает, что нам не быть вместе.

Но тоже реагирует. Тоже льнёт ко мне во сне, касается при каждом удобном и неудобном случае, ищет взглядом в толпе. И успокаивается лишь если я рядом, доверяет.

Осторожно перевернулся на другой бок — после боя тело ломило со страшной силой, ещё и демоновы ведьмы выдали порцию нравоучений вместо лекарств.

Сказали, раз внутренние органы не пострадали, организм сам справится. Но ночевать оставили в лазарете. И мне только и оставалось, что вглядываться в ночь магическим зрением, напрасно пытаясь увидеть, всё ли у Кори хорошо. Уж не знаю, случайно меня положили ровно напротив её окна или нет, но так я лишь больше тревожился.

С другой стороны, если кто и представлял для неё реальную опасность, то только Наяр. И вот вокруг него как раз кружили ведьмы, без остановки пичкая микстурами и снадобьями, не понимая, что происходит.

И просили найти и вызвать профессора Тугура.

Только вот не вызовется он. Делайте, что угодно, но ещё дня два-три, может, даже больше Тцаро будет лежать пластом и не приходить в сознание. А лекарь — заниматься совершенно другими делами в другом месте под присмотром Оганера де Луара. И когда Тугур вернётся, следов на теле от ударов не останется, так же, как и остаточных явлений хитрого зелья из другого мира.