Академия любви и ненависти

Я даже вспомнила слова отца о том, что молодых девиц в определённом возрасте необходимо выдавать замуж, пока они не наделали глупостей. И мне, очевидно, пора. Уж если я так реагирую на ненавистного Роберта, то любой другой симпатичный мужчина может и вовсе вскружить мне голову! А в академии мужчин достаточно. Лучших из лучших. Сильнейших. Бери — не хочу.

— Ты дуришь и не хочешь уйти. Каисторн — настолько опасное место, что сообщи ты де Луару о реальных проблемах, тебя тут же вернут домой.

— В Сантор, — заметила я.

— Куда угодно, — покладисто согласился Роб.

— Я справляюсь.

— Справляешься, но лишь потому, что находишься под моей защитой. Загвоздка только в оборотнях, и то, возможно, мы преувеличиваем проблему.

— Ты не единственный мой защитник. Я и сама многое сделала для того, чтобы закрепиться здесь и наладить связи.

— Если ты о Бозтоне, то это мой давний друг и напарник по многочисленным заданиям. Если о профессоре Тугуре — мы работаем сообща уже много лет и я в первый же день предупредил его о тебе. А если ты о той безусловной любви мастера Виля, то дело не столько в тебе, сколько в Дэйноре.

Нет, ну что за человек? Только приполз с задания, раненный, измученный, не выспавшийся, а уже собрал последние сплетни. Каисторн действительно та ещё кузница кадров.

Но выходит, выходит, он снова обыграл меня на несколько ходов вперёд.

Я выпрямилась в кольце его рук, посмотрела серьёзно.

— Роберт, я благодарна тебе за помощь, искренне благодарна. Но из академии не уйду, пока не закончу с делами.

Зачем тебе Зак?

— А его светлость тебе не рассказал? — уточнила деликатно.

— Я был так обескуражен его просьбой присмотреть за тобой и поработать почтовым голубем, что представь себе, не догадался спросить!

Я невольно рассмеялась. Роберт выглядел недовольным, но при этом удивительно человечным, сняв привычную надменную маску.

— Давай я прочитаю письмо и буду отталкиваться от инструкций шефа? — предложила, не желая и дальше ссориться с невероятным мужчиной, который то выводил меня из себя, то защищал, то ругал, то хвалил, но при этом не был безразличным к моей судьбе.

— Ты ведь знаешь, что мне не нужно даже открывать конверт, чтобы узнать его содержимое? — вздохнул мой собеседник.

— Знаю. Но уверена, ты не читал его.

— Но до чего ты любишь говорить людям гадости, — припомнил он недавнюю фразу про вскрытое письмо.

— Только тебе, Роберт. С остальными я мила и приветлива. И ты сам знаешь, чем это вызвано.

Его руки на мгновение потяжелели, но он быстро взял контроль над эмоциями и промолчал.