Тройняшки не по плану. Идеальный генофонд

— Что же ты сбежать все норовишь, — Адам притягивает меня ближе, заставляет прижаться щекой к его груди. — Все равно ведь догоню и верну, ты еще не поняла это? — целует в макушку.

Встрепенувшись напоследок, я все-таки обмякаю в сильных, но осторожных руках — и, потеряв бдительность, сама обнимаю мужчину. Чувствую себя другой, будто время повернулось вспять. И во мне просыпается наивная, доверчивая восемнадцатилетняя Агата. Которая безумно любит и так мечтает о взаимности. Которая счастлива, несмотря ни на что. Которая остается с дорогим сердцу мужчиной в тайне от матери.

Надо остановить это! Прогнать из себя глупого подростка. Найти здравый смысл и холодный расчет.

Но дети… с таким обожанием заглядывают в глаза Тумановым, так искренне улыбаются, так радуются, что я сдаюсь.

— Знаете, иногда нужно время, чтобы все расставить по местам, — абстрактно отвечает им Альберт. — Нам свойственно делать ошибки, — косится на Адама, но тот хмыкает недовольно. — Бывает, что родные люди… хм… теряются.

— Как мамонтенок? — вспоминает сказку Васена.

— Мамонтом меня еще не называли, — смеется старший Туманов. И мы невольно вторим ему.

 — Главное, что вы нашлись, — заключает серьезно.

Дети весь вечер не отлипают от тех, кого приняли за бабушку и дедушку. Так и засыпают на диване. И мы с Адамом осторожно переносим их в комнату, выделенную Златой."

"Туманов некоторое время остается возле их кроваток, будто любуется спящими малышами. Они и правда чудесные в эти редкие часы спокойствия. Как ангелочки. Посапывают, порой бубнят что-то сквозь сон, обнимают подушки, а сегодня еще и… легко улыбаются. Ведь папочку нашли наконец-то.

Мысленно молюсь всем богам, чтобы Адам не предал нас.

Иначе сразу три маленьких сердечка разобьются. И мое, заштопанное, бонусом. Как ни стараюсь, но не могу заставить себя поверить ему. Постоянно Макар в памяти всплывает, словно стоит между нами. Перекрывает мне дорогу в будущее. Он ведь тоже когда-то казался хорошим…

— Я покажу вашу спальню, — позади чуть слышно, чтобы не разбудить чертят, лепечет Злата. — Вы же вместе, да? — испуганно ресницами хлопает, поймав мой недоуменный взгляд.

— Разумеется, — хитро усмехается Адам и цепко обхватывает мою талию. Впечатывает в себя податливое тело.

Касается губами щеки и, дезориентировав меня лаской, беспрепятственно уводит в соседнюю комнату.

Глава 36

Адам

Бездумно меряю шагами пол небольшой, но вполне уютной гостевой спальни. Просторную комнату выделили детям, а для нас Агата попросила соседнюю, которой, кажется, в этом доме никто не пользуется. Но мне и не нужны хоромы: я привык слоняться по миру, ночевать где попало, не озираясь на условия и звездность. В жилье я неприхотлив, потому что… своего постоянного у меня никогда не было.