Белая субмарина: Морской волк 4-6

Будь то немцы или русские – но ведь русские бьют немцев, как же они одновременно могут быть нам врагами? Разве не разумно будет воспользоваться их помощью?

Он был учителем, не солдатом. Но его отец очень гордился древностью своего рода. И рассказывал, что у него была сабля, принадлежащая его прапрапрадеду – который в войске Стефана Батория брал на нее Смоленск, Псков, Москву, и, без сомнения, взял бы и Петербург, если бы этот город тогда существовал – но денежные затруднения вынудили продать семейную реликвию. Потому он знал из рассказов отца, что такое шляхетская честь.

– Под немцами мы потеряем лишь нашу свободу. А под русскими – душу."

"Когда-то давно его предки восстали за свободу Польши против русского царя. Восстание подавили, сдавшихся повстанцев сослали в страшную ледяную Сибирь. Их дети уже не видели Польши, а для внуков эта страна была лишь географическим понятием, о котором рассказывают сказки. Они еще помнили наш язык, но уже вели себя как русские, служили России и связывали с ней все надежды, считали ее интерес своим – потомки повстанцев, готовых умереть за Белого Орла! Вот что будет с нами, когда и если русские придут – может быть, мы будем живы, здоровы, сыты, и вы даже сумеете осуществить ваши мечты, как ты, Янек, хотел выучиться на врача, и ты, Зденек, стать инженером, вот только вы больше не останетесь поляками.

Как в сказке, где дьявол совращал человека, предлагая: «Я дам тебе все, любую твою мечту, и справедливость, свободу достичь всего, что хочешь – возьму лишь за это твою душу».

– Кто ты есть? Поляк малый. Який знак твой? Орел бялый. Поляк, а не русский! Орел, а не звезда! Помните об этом!

Мальчишки не боялись смерти.

Происходящее казалось им приключением, где убивают других, но только не меня. Томек погиб первым, вечером того же дня. В этой войне не было места лихости и геройству, бездушная и безотказная немецкая военная машина перемалывала храбрецов стальными челюстями. Сначала накрывали артиллерийским огнем, затем танки с мотопехотой добивали уцелевших. Томек был убит осколком снаряда, в том бою даже не увидев врага.

Марек погиб на окраине Охоты на следующий день. У повстанцев почти не было артиллерии, чтобы бороться с танками, были лишь бутылки с бензином, кто-то из университета придумал подмешивать еще масло, сахар или клей, чтобы липло к любой поверхности, и еще что-то, чтобы вспыхивало сразу при разбитии бутылки, без запала.

Легко ли подойти на расстояние броска к ползущему и стреляющему танку? Из двадцати добровольцев не вернулся никто – и один танк сгорел. Всего один, за двадцать жизней.

Зденека командир послал с донесением. И мальчишка старался быстрее выполнить приказ, чтобы не погибли товарищи.