Белая субмарина: Морской волк 4-6

Но вообще-то возле Рейкъявика немецкие лодки не появляются, союзники и здесь сумели порядок навести. Так что будем считать, это задание мы выполнили успешно.

И курс к Нарвику. Придем – разберемся, что там случилось. А я пока посплю.

Яковлев Н. Н. Крах фашистской агрессии. М., 1994.

Нарвикский рейд (альт-история)

Десантную операцию в Норвегии в 1943 году западные историки именуют Нарвикским рейдом по аналогии с Дьеппским рейдом во Францию в 1942-м. Хотя сейчас буржуазная историография представляет его как «диверсионную операцию с целью отвлечения сил Еврорейха от Португалии» (Б.

Л. Гарт), истинный замысел был иным. Уже с середины 1943 года западных союзников серьёзно тревожили успехи Советского Союза на Восточном фронте. В высших правительственных кругах Англии и США развернулась ожесточённая дискуссия о средствах и возможностях союзников не допустить Красную Армию в европейские страны. «Мы должны остановить этот варварский поток. Будет величайшей катастрофой, если орды азиатских варваров захватят и разрушат европейскую культуру» (У. Черчилль в письме Рузвельту в мае 1943 г. ). Составлялись различные прожекты, но в реальности всё решалось на Восточном фронте. В итоге было решено осторожно прозондировать намерения СССР на Московской встрече министров иностранных дел СССР Англии и САСШ, состоявшейся в октябре 1943 года. Официальной целью её было «согласование и уточнение вопросов по ленд-лизу» и подготовка Ленинградской конференции 1943 года.

Черчилль выступал за сокращение поставок СССР, упирая на необходимость направить ресурсы на новую стратегическую операцию «для отсечения русских от Европы».

Он писал Рузвельту: «До сих пор кампания на Восточном фронте была весьма неблагоприятна для Гитлера, но теперь она становится неблагоприятной для нас». Одновременно из Лондона и Вашингтона поступали послания, ломившиеся от хвалебных слов. Черчилль и Рузвельт соревновались по части эпитетов и превосходных степеней.

Усилия премьера Англии и президента САСШ были замечены и отмечены в Москве. В августе Сталин сообщает Майскому для ориентировки: «У нас у всех в Москве создаётся впечатление, что Черчилль обеспокоен нашими успехами и лихорадочно пытается уговорить Рузвельта оказать совместный нажим с целью получения гарантий на немедленное возвращение наших войск на территорию СССР после капитуляции Германии».

Это подтвердилось на Московской встрече, где союзники впервые открыто выказали озабоченность послевоенным положением в Европе."

"Пока союзники занимались подковёрными интригами, Красная Армия выполняла священную миссию по избавлению мира от фашистской чумы.