5
0Люди поворачиваются, осуждающе смотрят, мол, пить меньше надо.
Я скорее наклонилась и принялась собирать те, что высыпались на черную ленту, затем повернулась, присела и подняла последнюю упаковку, упавшую почти под ноги, но не мои…
Мужские начищенные туфли выглядели впечатляюще. Не знаю, что за пижон их носит, но в каждом ровненьком шве, изгибе, даже шнурках чувствуется дороговизна. Мне даже показалось, что они ручной работы… И джинсы ничего так… Я подняла голову и проглотила язык, потому что на меня смотрел шеф! Так значит, это он дышал мне в шею, как похотливый кобель? Офигеть!
Вот как-то увидеть Вячеслава Андреевича в родном «Перекрестке» я не ожидала и на пару секунд зависла. Оттого не сразу поняла, на уровне чего находится мое лицо. Фактически, ему осталось только ширинку расстегнуть и ткнуть мне в глаз своим оборудованием, которое внушительно так выпирало… Таким прилетит — и синяк гарантирован!
— Д-добрый вечер, Вячеслав Андреевич, — медленно произнесла я и осторожно поднялась. Не хватало еще чего-нибудь уронить.
— Добрый, Вика. Или Виктория? — он улыбался, но мне от его улыбки было неудобно. Слишком много эмоций в нее он вкладывал. Вроде бы доброжелательно, но с насмешкой. И в то же время, мне мерещился в его глазах интерес ко мне… Да нужна ему я? У него баб в столице немерено! Табуном за мажором бегают и в рот заглядывают!
— Виктория Сергеевна, — поправила его, намекая, что следует держать дистанцию. Это Агнешка спит и видит себя в постели шефа, а я девушка разумная. Впрочем, в постель я верю. А вот в «долго и счастливо» с московским шефом — нет.
— Странные у вас покупки, Виктория Сергеевна, — он беззастенчиво заглянул в мою корзину.
— За город еду.
— Тем более странный выбор, — он улыбнулся, и на его щеках с легкой щетиной появились ямочки. От внезапного желания коснуться их, я окончательно смутилась. И чтобы скрыть смятение, зачем-то пояснила:
— К отцу еду.
— Интересные у вас отношения, — насмешливо хмыкнул шеф. Сделал шаг назад, потянул на себя тележку и ушел. Открылась другая касса что ли? Или забыл чего.
— Девушка, товар на ленту ложите. Картошку в корзине оставляйте. Не гадьте мне на ленту, — протянула кассир.
И, начав вытряхивать товар, я поняла, о чем говорил шеф. Одинокая упаковка супер-дешевых презервативов “Гусар” улеглась на самом верху продуктов. Черт! И ведь не побежишь же за ним с объяснением, что отец с друзьями эту пакость покупают для своих тайных рыболовецких дел?! Позорище. Черт. Нет, ну ладно бы еще “контекс” там или “дюрекс”. Так ведь нет, “Гусар” мать его. И банка дешманского темного пива — на кляр.
Боже, стыдобища-то какая! Я втянула носом воздух, выдохнула и попыталась успокоиться.
