5
0Или мне послышалось?
Никогда бы не подумала, что у шефа такой острый слух, и что ему интересна наша болтовня. Однако оказывается, что это так.
— Вы про Агнешку? — не стала отпираться. — Так в коллективе не без дурочки. — Я растянула губы в подобии улыбки, а то подумает еще, что я ее ненавижу и вношу в коллектив напряжение. — Мы уже почти привыкли. А можно тоже вопрос? — Повернулась к нему и натолкнулась на заинтересованный, озорной взгляд.
— Можно, но корпоративные тайны не выдаю, — пошутил он.
— Жаль. А то нас всех мучает любопытство, чем же вас кофе Агнешкин не устроил?
— И все вам знать надо, — улыбнулся он. — Хорошо, отвечаю: сроком годности. Прежде чем что-то принять из незнакомых рук, надо убедиться, что там нет ничего подозрительного.
— Так вы мнительный?
— Осторожный. Кстати, не кажется ли вам, что офису нужен ремонт?
— Кажется. Но кто мы такие, чтобы указывать хозяину-барину? Барин добрый, приедет, сам рассудит.
— О, как?! — рассмеялся шеф. — Тогда внесу в устав обращение к себе, как боярин. Но без хозяина, а то из ваших уст это звучит как… рабовладелец.
— Нет, хозяин, — я шутливо сложила руки на груди и изобразила легкий поклон, — вы нам зарплату платите. И премию иногда, однако.
Вячеслав Андреевич рассмеялся от души.
— Ничего, добрый барин еще ремонт сделает. В понедельник аванс внесу и начнут. Уже сегодня бы перечислил, но они пожелали наличкой. Мухлюют! Но без договора от меня ни копейки не получат…
Не знаю, почему он заговорил со мной о делах, но я сидела и слушала, представляя, как мы переедем в новый офис! Завтра расскажу девчонкам — обалдеют. Неужели мы дождались?! Даже не верится!
У автовокзала он остановился. Я сказала спасибо и вышла.
Мне предстояло вернуться в жизнь простых людей — два часа трястись в скотовозке, подпрыгивающей и дребезжащей на каждой колдобине.
Выходные с отцом прошли как всегда — первый день мы были друг другу рады. Зато на второй поругались. Я точно знала, что он хочет переехать к югу. И что если продать нашу квартиру, ему хватит. Но папа упирал на то, что не может оставить меня без крыши над головой и с ворохом долгов.
Только доктор сказал, что во избежание ремиссии отцу нужно переехать к морю. И вот в этой ситуации права именно я! Мы столько пережили, и он просто обязан переехать к морю.
Тем более что я все равно снимаю квартиру и не живу с ним. А еще его долбанные друзья приходят и приносят с собой то паленую водку, то курево. А ему нельзя.
Из мыслей меня выдернули самым отвратительным образом:
— Ишь! Уселась! Уступи бабушке место!
— Я стою, — возмутилась я.
— У поручня! А я сейчас упаду.
