Братство спецназа

Он готов был к титаническому усилию, отличному от обычных и привычных усилий за счет своей длительности. И даже отстегнул уже клапан на кобуре, чтобы в нужный момент достать пистолет одним неуловимым движением.

Доктор Смерть повернулся и подошел ближе. Он посмотрел прямо в глаза. Сохатый взгляда не отводил. И ему нелегко было показать, что он расслаблен. Взгляд мог выдать внутреннюю собранность. И потому для начала Дым Дымыч чуть-чуть «отпустил вожжи«. Не надо сразу настораживать Доктора. Пусть войдет в раж, потому что любой гипноз в то же самое время является самогипнозом. Гипнотизеру, чтобы успешно провести сеанс, самому необходимо войти в некоторое подобие состояния транса. Не слишком глубокого, но тоже транса. Родственного трансу пациента.

– Расслабься… – сказал Доктор и начал сеанс.

Конечно, фразы Доктора расслабляют, но воля у Дым Дымыча железная. Он полностью подчинил себя одному желанию. И невозможно его отвлечь, невозможно заставить раскрыться и принять внушение.

А Доктор говорит и говорит сильным, хорошо поставленным голосом. Он повторяет заученные фразы. Но они, эти фразы, разбиваются о броню сосредоточенности Сохатого, они не проникают в него. Он сам, проведя сегодня день в приемной, повторял про себя вчерашние слова Доктора Смерть и выучил их наизусть."

"Пусть говорит. Пусть думает, что его слова действуют на Дым Дымыча расслабляюще, усыпляюще. Пусть думает, что чужая воля сейчас находится у него в кулаке и он может манипулировать ею, как только пожелает. Пусть даже считает, что сам Сохатый у него в кулаке…

– А все-таки «Волга» лучше любого «Мерседеса»…

Что? О чем это он?

…Вот тут Сохатый и провалился. Он не почувствовал момент. Изучая в свое время технологию гипноза как средство допроса, еще тогда он знал, конечно, что любая дурацкая фраза может заставить пациента задуматься, «заглянуть в себя», и потерять на это короткое время контроль за ситуацией. Достаточно опытному человеку не стоит труда уловить подходящий момент, тем более если этот момент создан искусственно.

И Доктор Смерть этот момент уловил сразу.

– Слушай меня!

Его слова взяли мозг Дым Дымыча в тиски, сдавили с болью – таким образом пыталось его собственное эго оказать сопротивление, – но было уже поздно. Он – попался. Он перестал быть собой.

– Слушай меня внимательно.

Дым Дымыч еще понимал все, он осознавал, что пропадает окончательно, что валится в тартарары его гениальный план, но уже не мог сопротивляться, он стремительно проваливался в пучину глубокого транса.

– Слушай меня. Сейчас ты еще осознаешь свои действия. Я досчитаю до трех, и ты будешь слышать только мой голос. И никакие собственные желания, никакие чувства не смогут преобладать над моими приказами.