Что-то между нами

– Я не жду, что ты станешь посыпать голову пеплом!

– Я не закончила свою мысль. В общем, случилось так, как случилось. Моя вина. Не спорю. Движемся дальше… – затягиваюсь.

– Эмилия…

– Ты знал о том, что я не планирую обзаводиться детьми. Но ты не можешь обвинить меня в том, что я не оставила тебе права голоса.

– Ты меня даже не выслушала!

– Разве? А мне показалось, что я услышала достаточно. Сначала ты сказал, что не хочешь детей. Потом потребовал, чтобы я была умницей. В сложившихся обстоятельствах для меня это прозвучало точно так же, как если бы ты сказал – Эмилия, дуй на аборт.

– Нет… – Воинов шумно выдыхает. – Нет, блядь! Нет.

– Знаешь, в глупых женских романах в ситуации вроде нашей главная героиня всегда рожает. И это, Роберт, полная херня. В реальной жизни мало какая женщина решится на такой шаг. Особенно уязвимая женщина.

– Я бы никогда не оставил тебя без поддержки! О чем ты?!

– О том, что у меня не было в этом уверенности. Ни-ка-кой. Только страх, что моему ребенку придется повторить мой тернистый путь. Или хуже. Я ведь столько лекарств сожрала за время лечения, что это вполне могло отразиться на его развитии… – Тушу сигарету в блюдце и оборачиваюсь: – Я не буду извиняться за то, что избавилась от этого ужаса единственным доступным мне способом.

Воинов обхватывает голову руками. И молчит, покачиваясь из стороны в сторону.

– Про «будь умницей»… Я имел в виду – витамины ешь, что там еще? Гуляй?

Трясу головой:

– Стоп. Не надо. Поздно. Теперь это не имеет значения.

Роберт отводит руки и ловит мой взгляд. Глаза у него больные.

– А что имеет?

– Я не уверена, но, возможно, тебе стоит знать, что твоя жена видела меня в клинике.

– Когда?

– На мой день рождения. Тебе не кажется подозрительным, что она объявила о своей беременности сразу после того, как уличила в этом меня?

– Ничего подозрительного. Кончай с бредовыми теориями заговора. Тома была действительно беременна, но потеряла ребенка. А ее саму едва спасли врачи. Собственно, именно поэтому я только сейчас приехал.

Вот как? Отворачиваюсь. Неверяще качаю головой. В который раз ловлю себя на мысли, что собственная жизнь напоминает мне игру в дженгу. Где кто-то свыше вынимает один за другим брусочки из общей конструкции, а я только и могу, что за этим всем наблюдать, гадая, устоит она или рухнет.

Морозит…

– Ясно. Ну… Тогда ты, наверное, можешь возвращаться. Ей ты сейчас нужней.

Роберт кивает. Тяжело опираясь на стол, встает. А мне хочется его поторопить, чтобы поскорее остаться одной. Истерика подкатывает. Мне с каждой секундой все трудней с ней бороться. Спасает одна только мысль – я не могу развалиться на части у него на глазах.

– Я заеду еще. Держи в курсе, если что-то понадобится. По здоровью или вообще.

– Хорошо.

Роберт берется за ручку.