Что-то между нами

– Получается, можно убить, и тебе за это ничего не будет.

Начинаю закипать:

– Ты жалуешься? Я не пойму! Может, мне отойти в сторону, и ебитесь со своей матерью как хотите?

Эмилия медленно сглатывает. Ну, а ты как хотела, девочка? Да, это порой пипец как тяжело – договариваться с совестью. Что поделать? Жизнь такая. Не всегда получается поступать по совести. Особенно когда дело касается близких. Такой себе выбор, правда?

– Нет. Не надо отходить. Я очень благодарна. Очень…

Эмилия расстегивает ремень и, забравшись на диван коленями, тянет руки к моей ширинке.

– Что ты делаешь?

– Прости меня за все. Я сейчас все исправлю.

– Что ты исправишь? – напрягаюсь."

"– Ты же не так, наверное, представлял наши отношения. Я все сделаю, как ты хочешь. Все исправлю.

Удивительно, как ситуация трансформируется в моей голове, стоит девчонке озвучить вслух мои же мысли минутной давности. Я перехватываю ее руку, старательно контролируя силу сжатия и интонации в голосе, потому что на эмоциях меня капец как накрывает:

– Не сейчас. Ты не в том состоянии.

– Я хочу!

– Ага. Конечно. Это первое желание, которое возникает у несостоявшейся жертвы насилия.

Просто боится, что я сольюсь. И пытается удержать как угодно и чем угодно. Господи. Нет. Вот этого точно не надо. Не так же, блядь!

Натолкнувшись на мое сопротивление, потерянная Эмилия возвращается на свое место. Взгляд – как у побитой собаки. Губы болезненно кривятся.

– Ты из-за того, что он меня лапал, не хочешь? Так я помоюсь и…

У меня начинает дергаться глаз. А ощущение неправильности происходящего лишь усиливается, наотрез отказавшись убираться вон из сердца.

– Сюда иди! И глупости из башки выбрось.

Прижимаю девчонку к себе. По волосам веду. Красивым – просто пипец. Касаюсь губами макушки, а Эмилия ревет, уткнувшись в мое плечо. И свое гребаное «прости» повторяет. Хотя если тут кому и просить прощения, то явно не ей. Топтун уже получил выговор. А с собой я потом разберусь. Тут нельзя рубить сходу. Очень много всего мне предстоит обдумать.

– Ну, вот за что ты извиняешься, глупая?

– Не знаю… Я же тебя ненавидела за то, что ты ради дочки сделал меня виноватой в аварии. А когда меня саму прижало, поступила примерно так же. Я плохой человек.

– Плохой человек – твой отчим. Я бы этого мудака своими руками удавил, если бы его не забрала скорая.

– Правда? Ты бы сделал это ради меня?

– Не задумываясь.

– Ты бы смог, – уверенно кивает рыжая. – Помнишь, как ты Стасу зарядил?

Смотрит на меня как на долбаного супергероя. И это, сука, приятно, когда твоя женщина смотрит так. За этот взгляд можно все простить. Даже то, что это действительно не первый напряг по вине Эмилии. Любую другую на ее месте я бы списал в утиль. А тут даже мысли такой не возникло. Более того.