Чужак из ниоткуда

Кстати, а где твои очки?

— Не нужны уже, зрение исправилось. Так что теперь я не Очкастый.

— Да нам по херу, — произнёс Рваный равнодушно и закурил новую сигарету.

— Ладно, пошли, — хлопнул ладонями по коленям третий парень (плотный, широкоплечий, с твёрдыми острыми скулами) и поднялся. — Значит, ждём тебя двадцать восьмого в воскресенье на стадионе в семь тридцать утра, — обратился он ко мне. — Если не зассышь, конечно.

— И мама с папой разрешат, — добавил Рваный.

— Буду, — сказал я. — Хорошо, что не завтра. Десять дней мне хватит, чтобы восстановиться.

— Вот и ништяк, — сказал широкоплечий. — Бывай.

Рыжий на прощанье кивнул. Рваный ухмыльнулся, сунув руки в карманы.

Троица покинула спортплощадку и скрылась.

— Что они хотели? — спросил подошедший Тимак.

— Звали в футбол играть, против мотострелков. Двадцать восьмого.

— Ого. В воротах, что ли?

— Ага.

— Сильно. А потянешь? Там взрослые парни в команде, по восемнадцать-двадцать лет. Бьют, как из пушки. Да и ворота большие.

— Значит, надо потренироваться. Готов помочь?

— Конечно. А как?

— Двое нужны, — сказал я. — А лучше трое.

— Данатар и Тигр, — уверенно ответил Тимак.

Я обернулся, махнул рукой:

— Данатар, Тигр!

Они подошли.

— Пацаны, завтра, после школы, постучите мне по воротам на стадионе?

— Гуню в сборную Кушки позвали, на ворота, — пояснил Тимак. — Надо форму набрать.

— Ну, раз так… — протянул Данатаров. — Постучим. Только мяч где взять?

— Нужно три, — сказал я.

— На фига? — удивился Данатар.

— Трое же по воротам бить будут.

— Ага… — глубокомысленно промолвил Данатар.

— Один я в комендатуре возьму, — сказал Тимак, и я вспомнил, что его отец — пограничник, начальник кушкинской погранкомендатуры.

— Разберусь, — сказал я. — Спасибо, Тимак. Тогда завтра в пять на стадионе жду всех троих.

— Замётано.

Пока мы разговаривали, остальные, включая девчонок, разошлись по домам. Осталась только Ирка Шувалова, стояла в сторонке, чего-то ждала.

— Тебя ждёт, — сказал Тимак, перехватив мой взгляд. — Иди, ты чего? Всегда же провожал после школы.

— Действительно, — пробормотал я.

Очередная дверца в памяти Серёжи Ермолова открылась, и я увидел, кто такой Гуня. Точнее, Гунька. Литературный персонаж. Лучший друг Незнайки из книжки Николая Носова «Приключения Незнайки и его друзей». Гунька дружил с малышками, что категорически не нравилось Незнайке. Из-за этого они даже однажды поссорились.

Понятно. Значит, Серёжа Ермолов, дружит с малышками. Точнее, с девочками. Что для его возраста необычно. Причём необычно и на Земле, и на Гараде.