Дьявол во плоти

Насколько мне известно, лорда Ормонда не приглашали в Стоуни-Кросс-парк уже несколько десятилетий. Твой отец его терпеть не может.

— Почему?

— Ормонд самый омерзительный человек на свете. Я бы назвал его свиньёй, но не хочется обижать полезное животное. Корделия была совсем юной, когда они поженились. Её ослепило его бахвальство во время ухаживания, и только после свадьбы она узнала, за кого на самом деле вышла замуж. Несмотря на попытки произвести на свет наследника, спустя четыре года они так и оставались бездетными. Естественно, Ормонд винил во всём Корделию. По этой, и многим другим причинам, она была очень несчастной. — Лёгким, полным отвращения к себе тоном, которого она никогда раньше от него не слышала, Кингстон добавил: — А я как раз предпочитал несчастных жён.

Глядя на него со смесью беспокойства и восхищения, Меррит мягко надавила, желая услышать продолжение:

— Какой она была?

— Очаровательной и благовоспитанной. Она играла на арфе и бегло говорила по-французски. Ройстоны позаботились об образовании дочери. — Кингстон сделал паузу, его взгляд стал отстранённым. — Корделия жаждала внимания, которое я давал в обмен на её благосклонность.

Обеспокоенная горьким выражением, которое не покидало его лицо, Меррит заметила:

— Женатые люди частенько ходят налево, особенно в высшем свете. Это ведь она давала обеты, а не ты.

— Дитя моё. — Кингстон поднял голову и посмотрел на неё с кривой усмешкой. — Давай не будем уподобляться правоведам. Она не смогла бы нарушить их в одиночку.

Он наклонился к Киру, осторожно вынул термометр из-под мышки и критически его изучил.

— Хм. — Снова встряхнув градусник, он сунул тонкий стеклянный цилиндр под другую руку Кира. — Корделия написала мне письмо на смертном одре, — продолжил он, — в котором сообщила, что зачала ребёнка во время нашего романа много лет назад.

— Должно быть, для тебя это стало полной неожиданностью, — тихо проговорила Меррит.

— Как гром среди ясного неба. Мне пришлось перечитывать предложение пять раз. — Взгляд Кингстона стал отстранённым. — Корделия написала, что её муж отказался признать моего внебрачного отпрыска и запретил ей рассказывать мне о беременности. Он отправил её в специализированный госпиталь в Шотландии, чтобы там она тайно выносила ребёнка, а сам собирался решить, что делать дальше, уже после родов. Но Корделия опасалась за жизнь дитя и придумала свой собственный план. Она сказала Ормонду, что ребёнок родился мёртвым. Старшая медсестра родильного отделения устроила так, чтобы мальчика тайно вывезли и отдали на попечение достойной семьи.

— Неужели лорд Ормонд действительно причинил бы вред невинному младенцу?

— У него имелись две убедительные причины. Во-первых, Корделия была богатой наследницей.