До конечной (СИ)

— Ж-е-н-е-ч-к-а… — из горла вырывается то ли стон, то ли судорожный вздох.

Ноги начинают подкашиваться. В поисках опоры, слепо хватаюсь за больное плечо, и тут же меня отбрасывает в реальность. Огорошенная внезапно резанувшим по нервам пронзительным стоном Евгения, бьюсь в истерике.

— Прости. Прости меня, пожалуйста, прости… — отпрянув от него, как от огня, нервно хватаюсь за мочалку и баночку с гелем. Дрожащими руками наливаю жидкость. Естественно перебарщиваю.

Выскользнув из мыльных рук, бутылочка с грохотом падает на пол, а я вздрагиваю, вскидывая растерянный взгляд на его искажённое болью лицо.

— Очень больно? — закусив губу, виню себя за неосторожность.

— Нормально всё, — шипит, поглаживая здоровой рукой больное место.

— Не нужно было… — бормочу я, вспенивая состав мочалкой. Чтобы не поскользнуться на геле, приседаю и поднимаю бутылку с пола. Ставлю её на место, затем прошу повернуться ко мне спиной.

Женя, оперевшись рукой о стену, послушно замирает, устремляя взгляд на чёрный кафель.

— Слева не дави, — изрекает просьбу.

Медленными движениями прохожусь мочалкой по рельефной спине, задерживаюсь на пояснице, намыливаю ягодицы и бедра…

— Нужно было взять с собой табуретку.

— Хватит! — надавив тоном, вынуждает остыть. — Успокойся, Яна. Подай мне полотенце. На сегодня мытьё окончено. И сними ты, наконец, это чёртово платье! Не хватало, чтобы ты поскользнулась из-за него в луже воды.

— Я сейчас… — расстроенная ситуацией, переминаюсь с ноги на ногу, пока Женя самостоятельно намыливает макушку и ополаскивается под душем.

— Долго ждать?

Оборачиваюсь к нему спиной.

По позвоночнику пробегает ток, мурашки тоже не заставляют себя долго ждать. Распознав их природу, автоматически прикрываю грудь испорченным нарядом и выхожу из душевой. Умудряюсь дважды поскользнуться перед тем, как встать на коврик и высушить стопы. Дотянувшись рукой до махрового халата, срываю его с крючка и сразу же надеваю на мокрое тело. Жене вручаю то, что просил.

Глава 21. Испорченный ужин

Евгений

Не справившись с природными инстинктами, отправляю Яну переодеваться, сам же ещё несколько минут стою, уткнувшись лбом в холодный кафель, в надежде обуздать внезапную похоть.

Я думал, тяга к ней не усилится так скоро. Сначала разберусь со всеми демонами в голове и только потом позволю себе поддаться искушению. Но Яна сумела вытеснить все мысли о Стелле. До этого момента я думал только о ней.