До конечной (СИ)

* * *— Серьёзно? — её притягательный рот расплывается в обворожительной улыбке.

Вспоминаю, как в нём охренительно тесно и влажно, и меня накрывает таким безумием, от которого лучшее противоядие — Яна.

— Насколько сильно ты меня хочешь? — обводит ноготком подбородок и ямочку на шее.

Щекотно. Классно. До мурашек приятно.

— Попробуй, узнаешь…

Сглатываю собравшуюся во рту слюну. В паху уже настолько горячо, что хочется зарычать и дёрнуть Яну под себя, а затем погрузиться туда, где, наверное, также тесно и до одури приятно.

От этих мыслей член призывно дёргается. Налитые до предела бурлящей кровью вены на нём, кажется, вот-вот лопнут.

— Хорошо… — Мышка игриво тянется ладошкой к моему члену, обхватывает ствол, скользит к головке и сжимает её до того приятно, что в глазах начинает искрить, по всему телу проходит неконтролируемая дрожь, поднимая волоски на коже.

Опускаю веки и облегчённо, со стоном выдыхаю. Как же хорошо вот так просыпаться утром с удивительной женщиной под боком.

— Малыш, садись сверху, не томи…

— Дай мне пару минут, — шепчет, наклонившись к лицу.

Острые зубки прихватывают нижнюю губу, горячо прикусывают её, от чего меня насквозь пробивает каким-то развратно-изощрённым удовольствием, которое становится ещё ярче, когда наши языки сплетаются на секунду в жаркой борьбе.

— Женя… — оторвавшись от губ, Яна выдыхает моё имя. Я облизываю языком зудящую плоть, а она в свою очередь оставляет дорожку влажных поцелуев на моей груди, ведущую вдоль мышц живота к пупку, затем неожиданно сползает с кровати.

— Черррт! Ты куда? — ошарашено пялюсь на неё, сжимая в кулаке уголок одеяла, едва не свалившегося на пол.

— Тимочка проснулся, — быстро тараторит, оглядываясь по сторонам в поисках одежды.

— Яна! — смотрю, как она поспешно натягивает на себя свежий махровый халат и шагает к выходу. — Я тебя чем-то обидел? Яна! Постой!

— Нет, всё хорошо, — взявшись за ручку двери, клятвенно заверяет в обратном. Я же вижу, обиделась. — Доктор прописал тебе лекарства, а я не хочу, чтобы ты из-за меня вредил своему здоровью, и уж тем более нарушал время приёма. Я скоро приду. Помогу тебе переодеться.

— Блять! Мышка, вернись! — успеваю нервно прорычать перед тем, как захлопывается за ней дверь.

"Значит, обиделась. Я даже догадываюсь из-за чего. Взяла и отплатила той же монетой. Решила поиграть в кошки-мышки? Отлично. Сама же об этом пожалеет…

* * *Отдышавшись, сажусь на постели. Нервы дребезжат, как стекла от ударов грома. Спрашивается: с какого хрена такая реакция на неё? Сука! Я ж её совсем не помню, чтобы испытывать настолько острые эмоции. Задела.