Дочь врага

Накидываю куртку и так, как есть, прямо в тапках выхожу на середину двора и стою, запрокинув голову, позволяя снегу жалить мои лоб, нос, щеки, а снежинкам путаться в волосах.

– Ева, вернись в дом, – раздается за спиной голос Вадима. – Простудишься.

И тут я понимаю, почему мы с Вадимом не подходим друг другу. Потому что он не понимает моих тараканов. Потому что мы не «на одной волне». Потому что, если бы на его месте был бы Матвей, он встал бы рядом, мы вели бы философские разговоры, понятные лишь нам двоим. И ему бы не пришлось включать приказной тон. Потому что Матвей бы понял, что в моей душе неспокойно и тяжело.

И он бы поддержал меня, просто стоя рядом.

А Вадим…Вадим думает, что я сумасшедшая. Хотя…отчасти он прав. Потому что мне суждено вечно сходить с ума по одному хмурому и строгому мужчине.

Мысленно пожелав ему спокойной ночи, я возвращаюсь в свою тюрьму.

Глава 40 Ева

Смотрю в зеркало и совершенно не узнаю себя. Оттуда на меня глядит незнакомка с четко подведенными глазами, скульптурными скулами и слегка приоткрытыми кроваво-красными губами. В ее глазах…ничего. Просто пустота. Она – кукла.

Которой можно вертеть, как хочешь. Так примерно и происходит.

Стилист, закончив укладывать мои волосы, поправляет несуществующие складки на таком же кроваво-красном платье в пол. Игривый разрез сбоку открывает вид на мою ногу до середины бедра.

– Нравится? – с волнением в голосе спрашивает девушка, смотря на меня через зеркало.

Ободряюще ей улыбаюсь, стараясь не смотреть в глаза. Она не виновата, что выполняет прихоти того, кто ей хорошо платит. Это ее работа.

– Нравится, спасибо, – отвечаю, хоть это и совершенно не мой образ. Ну не тяну я на женщину – вамп, какой хочет видеть и представить меня Вадим.

Но раз это надо для нашего спектакля…Что ж, придется побыть актрисой.

Медленно, придерживая правой рукой подол платья, спускаюсь по лестнице на первый этаж. Вадим заканчивает телефонный разговор и поворачивается ко мне. Окидывает жадным взглядом, задерживаясь на губах и плотоядно улыбается, приближаясь, чтобы подать руку.

– Ты шикарна, дорогая, – произносит он мне на ухо, притягивая в свои объятия. Я тут же упираюсь ладонью ему в грудь, пытаясь оттолкнуть, но все тщетно.

Паника меня накрывает, заставляя трепыхаться в руках Вадима. Я едва не кричу от бессилия и страха.

– Расслабься. Ты же моя жена. Мы только несколько дней назад поженились, у нас, по идее, медовый месяц. А ты шарахаешься от меня, как от насильника. Это репетиция, Ева. Чтобы не облажаться. Потому что, как говорится, «у нас не будет второго шанса произвести первое впечатление».

Выдыхаю, понимая, что Вадим прав. Но все равно, при мысли, что он будет меня обнимать, интимно касаться, мне становится не по себе.