Дракон по обмену

Лиза

С этим невозможным драконом совершенно невозможно говорить о серьезных вещах! Только дошли до самого интересного, и бац! – я уже лежу под ним, напрочь забыв про все на свете. И думаю только, какое бы еще место подставить ему для поцелуев.

– Родерик! – попыталась вернуться к серьезному, но была быстро остановлена, потому что драконяка уже был совсем-совсем во мне.

Начал двигаться, заставляя меня ошалело ловить воздух распахнутым ртом, выгибаться навстречу каждому его движению, гладить по широченной спине и тянуть за длинные волосы на затылке.

И когда мир перед глазами взорвался, разлетевшись на осколки вслед за моим распавшимся на части телом, я выгнулась в диком, сладком спазме и проорала что-то насчет, как я ненавижу некоторых наглых драконов.

Хорошо хоть Васька к этому времени свалила к себе домой, иначе наслушалась бы здесь озвучки к порнофильму.

– Черт тебя побери, что же ты со мной делаешь, Родерик? – всхлипнула я, прижимаясь к нему так, что никакая сила в мире не смогла бы меня оторвать.

– Может это любовь, Лиззи. – смешок над моей макушкой, вместе с горячим дыханием, обжегшим кожу под волосами, и я опять, как дура, рыдаю.

Что со мной происходит? Почему за сегодняшний день я плакала больше, чем за всю предыдущую жизнь, включая отрочество и младенчество?

Кое как успокоившись, потянулась к Родерику, чмокнула в твердый подбородок и спросила:

– Так что там, с красными драконицами – их начали силком тащить замуж, чтобы наплодить с ними волшебных детей?

– К сожалению. – мрачно подтвердил мой мужчина.

К тому же эти драконицы были очень красивы, и многие мужчины хотели их. Даже не из-за ребенка, а просто хотели… Они были редкостью, которую хотелось сделать своей собственностью.

За красными началась охота. Некоторых из них буквально силой удерживали в своих замках особо… ретивые драконы, желающие заполучить ее саму или необычного ребенка от нее. Ну и..

– Красные драконицы ушли? – тихо спросила я, от всей души сочувствуя женщинам, из-за своей красоты и уникальности ставшим  заложницами мужского произвола.

– Сначала они перестали рожать детей. А потом да, исчезли из нашего мира.

– Родерик, – осторожно начала я. – но я ведь не та волшебная драконица. Я случайно обрела красный цвет, просто так вышло… И у меня нет второй ипостаси…"

"– У красных дракониц она тоже не у всех была. Многие могли совершать только частичный оборот, как ты.  – голос Родерика становился все мрачнее.