Двенадцать дней Коляды

 – В безымянных землях много охотников, будет кому за людей постоять. Да и я с пищалью не расстанусь, можешь не сомневаться.

– Это-то меня и пугает больше всего! Посмотри на себя, на роже места живого нет, может, признаешься, кто тебя так разукрасил?

– Нет, не признаюсь.

– И ты молчать будешь?

Рыж и Владлен одновременно повернулись к Луке, тот вздрогнул, отошел от окна и неуверенно пожал плечами. Кажется, он так крепко задумался, что суть разговора даже не уловил.

– Отпускать тебя с малознакомым Светозарным. – Рыж громко вздохнул. – Какой же я отец после этого?

– Самый лучший, ясное дело. – Владлен хлопнул его по плечу. – Будет, сколько можно за твоей спиной прятаться? Ты заслужил отдых, Зарина заслужила мужа, а мой путь только начинается.

Смотрит на него Рыж, губы поджал, а в глазах слезы стоят. Делать нечего, Владлен обнял старика – от души, крепко, сам чуть слезу не пустил.

Не забери его охотники из приюта, кто знает, что бы с ним стало. Они жизнь ему подарили, будущее. Да, палат золотых он никогда не видел, кафтанов на меху не носил, зато с любой тварью справится, кого угодно защитит, не позволит нечисти ломать жизни человеческие. И себя в обиду не даст, и Луку сбережет.

– Болит душа, – выдохнул Рыж. – Сам не знаю почему.

– Сейчас и я расплачусь. – Зарина всплеснула руками. – Что ж вы делаете, окаянные, довести меня решили?

Рыж встал и махнул Луке. Владлен прищурился – что это отец задумал?"

"– Встреча ваша была самой судьбой предречена, не иначе. Вижу, что ввязались во что-то, два обалдуя, но молчите, покрываете друг друга. Оно и правильно, раз сговорились, так идти до конца надо.

Лука удивленно вскинул брови, да и Владлен такого поворота никак не ожидал. Во все глаза уставился на Рыжа, а тот неловко, по-отечески Светозарного обнял и стоит, смущенный собственным порывом.

– Да обними ж ты его в ответ. – Зарина вытирает лицо расшитым полотенчиком. – Что стоишь как неродной?

Все, что Лука рассказал о своей жизни, было похоже на страшный сон. Вот кто действительно не знал ни тепла, ни участия. Оттого и стоял как истукан, глазами хлопал, не знал, как на душевный порыв Рыжа отвечать.

Но вот наконец поднял руки, обхватил мощное тело старика, пальцами в рубаху вцепился. У Владлена защемило сердце от этой картины, так плакать захотелось, словами не передать. Зарина вовсю воет, даже не пытается слез скрыть. Обнимал ли кто-то Луку прежде? Может, родители в глубоком детстве, да только он вряд ли об этом помнит.

– Вот и славно, вот и славно, – пробормотал Рыж, отстраняясь. – Хороший ты человек, Светозарный, нутром чую. Но знай, обидишь мою кровиночку – не сносить тебе головы, понятно?

– Собой рискну, а его под удар не подставлю, – серьезно ответил Лука.