Сборник коротких эротических рассказов

В течение долгого дня мы с Жюлем могли переговариваться только взглядами, но мы прекрасно понимали друг друга! Это бесстыдное томление души и плоти делало меня задумчивой, и в то же время раздражительной…

Вечером я, сославшись на головную боль, поднялась к себе в спальню и, как обычно, тщательно, теплой водой с ароматной эссенцией, подготовила интимное место к сладостным играм любви. Затем накинула на обнаженное тело легкий жакет и надела черные чулки с алыми подвязками. Я знала, что Жюль любит такой наряд: контраст моего перламутрово-белого тела, черных чулок, черного мыска под животом и кроваво-красных подвязок…

Он проскочил ко мне в будуар, и я бросилась ему на шею:

— Дождалась, наконец, дождалась тебя, дорогой! Ах! Как я скучала, как желала тебя все это время!

— А я?! Я жил только мечтами о тебе!

— Муж ничего не заподозрит, милый?

— Нет, я сказал всем гостям, что пошел навестить баронессу фон Лихтенштейн и ее очаровательных дочерей.

— Ты говоришь — очаровательных? — я игриво надула губки.

— Что ты! Ты лучше всех, ты королева моя, царица Савская, аромат твоих грудей сводит меня с ума! Глаза твои — два родника, груди твои — два нежных ягненка, стройные ноги твои держат крышу моего мира! Я умру от любви у твоих ног, за твоим черным руном я бы поплыл, как древние греки за золотым руном, в малярийную Колхиду! Но я и так в лихорадке, они сжигает мою душу, мою плоть и кровь! Я хочу сгорать дотла в аду твоих простынь!

Говоря это, он положил меня на овальную кровать, раздел в мгновение ока, и вот уже единым пламенем зажглись наши сердца, единые волшебные созвучия наполнили слух, и, сжимая друг друга в объятиях, в бреду той сладостной лихорадки, которая, надеюсь, вам известна, мы забыли обо всех опасностях, обо всем на свете…

Вдруг в коридоре послышались шаги! Одним прыжком я очутилась у двери и прильнула к ней.

К счастью, это был не он… Я знаком дала понять Жюлю, что опасности нет, и продолжала стоять у замочной скважины. Жюль подбежал ко мне и с размаху всунул мне сзади свой чудовищный член, не знавший усталости. Ах, как я ему помогала, раскрывая ягодицы, извиваясь и производя судорожные движения убежищем, задыхаясь от страсти и наслаждения! Устав держаться за ручку двери, я отделилась от Жюля, поцеловала его мокрую от меня штуку и подошла к раскрытому окну.

Над чернотой низкого леса стоял зеленый полусвет, слабо отражавшийся в плеске белеющей реки, на белых мраморных стенах вилл и беседок… Таинственно, просительно ныли невидимые комары и летали с треском ад окном бессонные странные стрекозы… Внизу под моим окном, на террасе, развалились веселые госты, слышался звон посуды и смех.