Единственная для черного дракона (СИ)

Кто бы сказал ему какие-то двадцать шесть лет назад, что его авантюрный характер вдруг преобразуется в нечто столь нудное… Он и ненавидел свои предпринимательские способности и был безмерно благодарен, что они существовали и хотя бы так наполняли его жизнь смыслом.

Поняв, что до прихода жрицы остались жалкие секунды, Эйто небрежно взмахнул рукой отпирая дверь в свой кабинет.

— Господин, — задыхаясь Альва всем телом навалилась на дверь и словно не ожидая, что та легко поддастся, ввалилась внутрь.

Обычно степенная служительница родового храма фениксов, выглядела так, словно её кто-то подвесил за ноги, взболтал, и отправил в полёт.

Эйто вопросительно изогнул бровь и чуть прищурился, давая возможность женщине начать разговор. Зачем-то же она бежала к нему, словно всю пустошь поглотило вечное пламя.

— Господин! — на вздохе вновь позвала жрица и натужно закашлялась.

— Успокойся, ради вечного пламени, — вздохнул Эйто, понимая, что поработать в ближайшее время точно не получится, судя по тому, как возбуждена вечно степенная Альва случилось действительно что-то важное. — Вдох, — подняв руку вверх тихо сказал он, ловя её внимание, — выдох, — помогая женщине совладать с дыханием, опустил он руку вниз и Альва послушно выдохнула, возбужденно смотря ему в глаза.

 — Ещё разок, — посоветовал Эйто, ожидая пока женщина сможет начать говорить.

— Господин, тут такое, господин, не знаю как и сказать, — то ли шепча, то ли посвистывая, начала Альва.

— Просто скажи, — ободряюще улыбнулся Эйто.

На самом деле феникс никогда не обладал терпением и степенностью, но вот уже как четверть века сам не узнавал себя, превратившись в блёклую тень от того, кто рожден в огне.

Как ни странно, но став более уравновешенным он стал считаться более опасным среди демонов. Его это откровенно забавляло. Уже четверть века у него не было достойной причины убивать, просто потому, что его мало что стало волновать. А они решили, что Эйто Фламмер жестокий глава, который только и ждёт кого бы ему испепелить вслед за прежним главой.

Альва тяжело сглотнула, выпучила глаза, поджала губы, зажмурилась и выпалила:

— Ваш наследник вошёл в силу!

Эйто молча наблюдал за женщиной. На губах его цвела обычная понимающая полу улыбка, с которой он общался с подданными, а в голове в друг стало как-то тихо и пусто.

— Ч-что? — вкрадчиво переспросил он, словно не в полной мере понимая, что ему сказали.

Собственно, так и было.

— Наследник, наследник, — забормотала Альва, — древо пустило ветвь! Огненное древо дало отросток от вашей ветви! Отросток! Но… но… как же? — вопросительно взглянула Альвэ в глаза господину и тут же бухнулась на колени, уперев лоб в пол.

Какое-то время Эйто молчаливо смотрел на распростертое на полу тело женщины.