Единственная для черного дракона (СИ)

Конечно, их было не так уж много, но разве не должна я была хотя бы мимоходом слышать о каком-то важном учреждении на Вишнёвой улице?

Не успела я толком подумать, как мой взгляд упал на табличку, что висела на огромном каменном заборе.

«ул. Вишнёвая, 23»

«Верховный департамент».

Гласила следующая надпись. А под ней была приписка маленькими буквами.

«По делам государственной важности».

Выглядело это довольно странно. Почему болезнь Римана требовала вмешательства такого уровня?

Так или иначе, я поспешила найти вход внутрь, который конечно же был закрыт и представлял собой высоченные кованные ворота из темного металла.

Глубоко вздохнув и в полной мере осознав, что поблизости ни души, я положила ладонь на пластину. Руку легонько кольнуло, и я тут же её одернула.

— Нужно просто перелезть их, — вслух подытожила я, поняв, что пластина не принесла никакого результата.

— Не советую, — раздалось из темноты по ту сторону ворот, и я невольно замерла.

Я не почувствовала чужой энергии. Я не услышала шагов и не уловила запаха. Некто с той стороны просто соткался из ниоткуда, испугав меня чуть ли не до икоты. Вдруг из тьмы, царившей с другой стороны, показалась пара сияющих желтым звериных глаз, а следом и сам их обладатель. Совершенно нечитаемый мужчина весьма миловидной с одной стороны, и столь же пугающей с другой, наружности.

— Что?

Он не спросил кто я, верно расценив мою цену, как живого существа.

Я очень хорошо поняла за эти четыре года, что никто в городе Нар не желает слышать мнение беса. Решив, что вернее всего будет вести себя разумно, я просто вытащила из кармана куртки письмо врача и протянула его мужчине. Он, более не спрашивая ни слова, взял его, спешно раскрыл, столь же быстро его взгляд мазнул по листку.

— Жди, — бросил он, растворившись в темноте.

Совсем скоро по ту сторону ворот послышался нестройный топот копыт, а ещё через долю секунды показались и сами всадники.

Раскрыв рот, я смотрела на приближающихся мужчин, а точнее, смотреть сейчас я могла лишь на него одного.

За четыре года, он ни капли не изменился. И да, возможно, я не очень хорошо помнила черты его лица, но энергия, что кружилась вокруг него, была легко опознаваема. Всё такая же искрящаяся, бурлящая и переливающаяся. Аппетитная. Почему-то именно последнее слово казалось самым подходящим. Я могла бы сказать, что он словно объят солнечным светом.